Церковный офшор - 1

 

«Коллективный олигарх» - Московская Патриархия

2002 год | Алексей Мухин, Павел Козлов | ист: www.warrax.net

Все говорит о появлении нового участника информационных войн, нового «коллективного олигарха» - Московской Патриархии. Особенно актуальным этот вопрос станет, когда РПЦ получит в свое распоряжение землю (мы уверены, что немедленно будет создан церковный агрохолдинг, который станет одним из самых мощных). Этот вопрос уже инициирован через Совет Федерации и активно обсуждается в Администрации Президента РФ.

Главным лоббистом проекта передачи РПЦ земельных угодий стал, конечно, сенатор и банкир Сергей Пугачев.

Получив самостоятельность в 1991 году, уже в 1992 году РПЦ столкнулась с финансовыми проблемами. В руках руководства РПЦ не было достаточных средств для финансирования различных церковных программ.

Началом коммерческой активности РПЦ, по крайней мере, в ее нынешней форме, считается 1992 год, когда ряд банкиров (в том числе – Владимир Виноградов, бывший руководитель «Инкомбанка») на благотворительном вечере собрали 10 млн рублей как стартовый капитал для предпринимательской деятельности в рамках РПЦ. Организацией вложения денег занялся Отдел внешних церковных сношений (ОВЦС) во главе с митрополитом Кириллом (см. ниже). Деятельность была буквально «обречена» на успех, так как совсем не облагалась налогом на прибыль, которую с точки зрения Закона церковные учреждения не должны иметь вовсе.

В принципе, общецерковный бюджет РПЦ, по официальным данным, складывается из следующих составляющих:

  • отчислений епархий (2,5%);
  • отчислений Софринской производственно-художественной мастерской (17,1%);
  • доходов от храмов Москвы (7,3%);
  • доходов от гостиничного комплекса «Даниловский» (22,5%).

Согласно также официальным данным (доклад Патриарха), расходы РПЦ направляются на следующие нужды:

  • Финансирование духовных учебных заведений (Московская духовная академия и семинария, Петербургская духовная академия и семинария, Тобольская Духовная семинария);
  • Финансирование Отдела внешних церковных сношений, в том числе содержание зарубежных приходов и представительств;
  • Финансирование Отдела религиозного образования и катехизации;
  • Финансирование Отдела по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями;
  • Финансирование Учебного комитета;
  • Финансирование общецерковных программ и мероприятий;
  • Оказание финансовой помощи в реставрации и восстановлении храмов и монастырей;
  • Содержание Московской Патриархии.

Реально, доходы РПЦ на протяжении последнего десятилетия формировались из следующих источников:

  • Спекуляции на фондовом рынке (через дочерние структуры);
  • Экспорт и импорт товаров, пользующихся таможенными льготами (этот вид бизнеса РПЦ практически полностью прекращен);
  • Создание дочерних финансовых структур, пользующихся лоббистским потенциалом РПЦ;
  • Паломничество и туристическая деятельность (организация туров в Святую землю);
  • Производство предметов культа и издание церковных книг;
  • Производство продукции массового потребления (например, вода «Святой источник», проект «Ерахтурские сыры»).

В настоящее время с достаточной степенью условности можно разделить «бизнес» РПЦ на несколько направлений:

1. Предприятия, подконтрольные Московской патриархии (например, АО «Международное экономическое сотрудничество», Художественно-промышленное предприятие «Софрино», гостиничный комплекс «Даниловский»);
2. Предприятия, подконтрольные Отделу внешних церковных сношений (церковный благотворительный центр «Ника» и др.);
3. Предприятия, пользующиеся «благосклонностью» и лоббистскими возможностями РПЦ (например, группа компаний «Вертэкс»);
4. Коммерческие проекты некоторых отдельных иерархов РПЦ.
Кстати, в ближайшее время РПЦ намерена добиваться права на часть бюджетных поступлений от подоходного налога. Основным «мотором» лоббирования получения этих прав является Митрополит Кирилл. В качестве аргументов для этого называется то, что «Русская церковь не имеет материальной базы для социальных и образовательных программ, которые от нее требует и ожидает общество» (см. «Ведомости», 22 марта 2001 года).

Как уже было сказано выше, основными проектами Московской Патриархии стали «Международное экономическое сотрудничество» и ХПП РПЦ «Софрино». Кроме этого, в орбиту коммерческих интересов МП в разное время попадали и другие направления деятельности.
 

Художественно-промышленное предприятие РПЦ «Софрино»

 
Адрес: 141270, Московская обл., Пушкинский р-н,
пос. Софрино, ул. Железнодорожная, 3.
338-30-36, 198-97-35.

Предприятие было основано в 1980 году. Тогда оно объединило несколько московских мастерских. «Взлет» ХПП датируется 1992 годом, когда предприятие начало резко увеличивать свое производство и численность своих сотрудников. В настоящее время оно составляет около 3 тысяч человек.

Основным видом деятельности ХПП «Софрино» является производство церковной утвари. Считается, что продукция предприятия является самой престижной в церковных приходах. Кроме этого ХПП активно занимается и выполнением других «левых» заказов, используя мощности и оборудования предприятия. Годовой оборот предприятия в 1997 году, согласно сообщению Патриарха, составил около $24 млн.

Руководство ХПП осуществляет Евгений Пархаев, который, по некоторым данным, в силу занимаемого положения имеет серьезное влияние на многих иерархов РПЦ и лично на Алексия II.
 

Евгений Алексеевич Пархаев

 
Родился 19 июня 1949 года в Москве. Его отец погиб на войне в 1943 году. Мать воспитывала троих детей.

Служил в рядах Советской армии, затем работал токарем, слесарем. В 1965 году Пархаев пришел в РПЦ, работал там маляром. В 1988 году, благодаря хорошим отношениям с прежним Патриархом Пименом, Пархаев занял пост генерального директора Художественно-производственного предприятия «Софрино».

По некоторым данным, в 1980-х годах Пархаев арестовывался КГБ СССР за хищение и сбыт листовой меди, предназначавшейся на ремонт храмов, и содержался в СИЗО «Лефортово».

По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия Евгений Пархаев в 1999 году был выдвинут кандидатом в депутаты Государственной Думы России по Пушкинскому избирательному округу №113 (выборы выиграла бывшая космонавтка Светлана Савицкая (КПРФ)).

По собственным словам Пархаева, около двадцати пяти лет он находится в дружеских отношениях с Евгением Примаковым.

По данным «Freelance bureau», Пархаев является учредителем общественного объединения «Фонд единства православных народов» (среди других учредителей упоминается и Владимир Потанин).

Награжден орденом Дружбы.

Со стороны РПЦ деятельность ХПП «Софрино» курирует управляющий делами Московской Патриархии архиепископ Солнечногорский Сергий. Кроме ХПП «Софрино» он фактически контролирует также гостиничный комплекс «Даниловский».
 

Сергий (в миру – Виталий Павлович Фомин)

 
Родился 24 августа 1949 года в городе Краснозаводске Загорского района Московской области в семье рабочего.

После окончания средней школы работал на заводе. В 1970 году окончил Московскую духовную семинарию. В 1974 году окончил Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия.

В 1973 году был пострижен в монашество.

В 1977 году был назначен референтом Отдела внешних церковных сношений Московской патриархии. В 1982 году был назначен заместителем руководителя ОВЦС.

С 1983 года является епископом Солнечногорским, викарием Московской епархии. Занимал пост председателя отдела Московской патриархии по социальному служению и благотворительности, С 1996 года – управляющий делами МП.

В 1999 году был удостоен сана митрополита.

В 1996 году ХПП «Софрино» получило от Комиссии по вопросам международной гуманитарной и технической помощи при Правительстве РФ разрешения на беспошлинный ввоз в страну вина.

В марте 1996 года, по данным «Новой газеты» (№14, 10-16 апреля 2000 года) правительственная комиссия решением №35 признала гуманитарной помощью церковное вино для нужд РПЦ, поставляемое на безвозмездной основе из Германии. По данным журнала «Эксперт» (24 февраля 1997 года), сумма сделки составила около $30 млн.

Руководителем этой импортной системы стал Пархаев, руководитель художественного предприятия «Софрино». По мнению некоторых исследователей, РПЦ получила это право от государства в обмен на активное участие в предвыборной кампании Бориса Ельцина.

Реализация вина производилась через компании «Эвихон», «Анис» и «Белан». По данным газеты, ХПП «Софрино» реализовало гуманитарного вина на $30 млн. Хотя в июле 1996 года правительство своим распоряжением отменило льготы на вино и сигареты, однако это решение деятельности ХПП не коснулось, а в августе 1996 года тогдашний первый заместитель председателя Государственного таможенного комитета Кругликов своей телетайпограммой подтвердил льготы «Софрина».

Известно, что часть поставок планировалось использовать при проведении церковных обрядов, а остальное, вероятно, предполагалось для продажи. Кстати, иностранным партнером ХПП «Софрино», поставляющим «церковное» вино «Ив Роше», выступила фирма «Бахус трэйдинг» – один из постоянных партнеров печально известного Национального фонда спорта.

В результате, позже ГТК и налоговые службы все-таки потребовали от ХПП выплат акцизов и налогов в полном объеме. В конце 1997 года по их инициативе была закрыта сеть сбытовых киосков, принадлежащих «Софрино». А в 1999 году Главное управление по борьбе с экономическими преступлениями МВД РФ приняло решение о закрытии некоторых цехов ХПП.

ХПП «Софрино» является одним из учредителей «Русского генерального банка», который, по некоторым данным обслуживает счета ХПП. Банк, в свою очередь кредитует предприятие по льготным ставкам.
 

ОАО «Международное экономическое сотрудничество»

 
Адрес: Москва, ул. Мясницкая, д.35;
Телефон: 792-38-10.

МЭС является одним из наиболее скандально известных коммерческих проектов Московской Патриархии. Скандальность деятельности МЭС была преимущественно обусловлена агрессивной финансовой политикой компании, одним из крупнейших акционеров которой является Русская православная церковь.

МЭС было образовано в 1990 году. Тогда его президентом стал Виталий Кириллов. Председателем совета директоров МЭС является Дмитрий Юрьевич Чистяков. Вице-президентом МЭС долгое время являлся Юрий Шалунов, однако, он был убит в августе 2000 года.
 

Кириллов Виталий Владимирович

 
Родился в 1949 году в Перми. В 1975 году он окончил Московский авиационный институт (специализировался по системному анализу), затем – аспирантуру МГУ. Кандидат технических наук, доцент.

Занимался преподавательской деятельностью. В 1988 году возглавил фирму, специализировавшуюся в области сельскохозяйственного производства (выращивание грибов и овощей).

В 1990 году стал одним из создателей АО «Международное экономическое сообщество» (МЭС).

В 1994 году был избран заместителем председателя Союза нефтеэкспортеров России (СОНЭК). В 1995 году учредил и возглавил Международный фонд «Русская культурная инициатива».

Награжден орденом Дружбы.

Предпочитает документальную литературу, любит картины. Называет себя глубоко верующим человеком.

Кириллов женат, у него дочь. В настоящее время она учится в Швейцарии.

Одним из учредителей компании выступили ГлавУПДК (учреждение, обслуживающее дипломатический корпус в Москве) совместно с Хозяйственным управлением Московской Патриархии.

Позже основными акционерами компании стали Московская Патриархия, которой принадлежит 40% акций, АО «Слободское» (бывший колхоз «Путь к коммунизму», Истринский район Московской области) и сельскохозяйственный кооператив «Феникс».

Уже с 1992 года МЭС начала заниматься экспортом сырья, в частности, нефти и нефтепродуктов. По некоторым данным, только в 1994-1995 годах объем операций с нефтепродуктами превысил 12 млн тонн. В 1997 году общий оборот компании составил $2,5 млрд. МЭС является одним из учредителей Союза нефтеэкспортеров России, членом Лондонского института нефти. Интересно, что в 1994 году вице-президентом МЭС стал Виктор Пьянков, который ранее являлся епископом Подольским, викарием Московской епархии. По некоторым данным, Пьянков является одним из ближайших соратников Алексия и до 1994 года возглавлял Хозяйственное управление Московской патриархии.
 

Виктор (в миру – Виктор Владимирович Пьянков)

 
Родился 19 октября 1944 года.

В феврале 1990 года был назначен епископом Подольским викарием Московской епархии. В июле 1990 года был назначен председателем Хозяйственного управления Московской патриархии.

В 1999 году был «почислен на покой» по состоянию здоровья по его же просьбе.

Серьезным барьером в росте компании стало то, что в составе МЭС не было предприятий по добыче нефти. В 1997-1998 годах МЭС через аффилированные предприятия пыталось приобрести значительные пакеты акций крупных нефтедобывающих компаний. В 1997 году планировалось купить акции одного из подразделений Восточной нефтяной компании, а в 1998 году – «Пурнефтегаз», входящий в структуру «Роснефти». Однако, МЭС так и не смогло получить в свое распоряжение добывающие компании.

В структуру МЭС входит около 20 дочерних компаний, в том числе «Евросиббанк» и «Российский банк реконструкции и развития», нефтедобывающая компания «Евросибнефть», строительная компания, завод по изготовлению мясопродуктов, инвестиционно-финансовая и трейдерская компании, торговый дом «МЭС-Инторг».

МЭС участвовала во многих внешнеэкономических проектах по экспорту нефти для финансирования федеральных программ, в том числе реставрации Кремля (в соответствии с распоряжением тогдашнего премьер-министра Виктора Черномырдина, МЭС были выделены квоты на экспорт нефти для финансирования работ по реставрации Большого Кремлевского дворца). Причем, по данным «Совершенно секретно» (октябрь 2000 года), МЭС продавал нефть подконтрольным компаниям, зарегистрированным в Швейцарии («Авирекс СА», «Сигас интернэшнл ЛТД», «Савас ойл интернэшнл» и «Витол СА»).

Компания также участвовала в бартерных операциях с Кубой в рамках сделки «нефть-сахар». Кроме этого, МЭС с осени 1996 года принимала участие в реализации иракской нефти в ходе программы «нефть в обмен на продовольствие». Финансовую часть проекта обслуживала также принадлежащая МЭС Compani Finansier Regul S.F. (CFRSF). Компания, в основном, обслуживает интересы МЭС за рубежом.

Пик нефтяного бизнеса компании МЭС пришелся на 1994 год, когда компания экспортировала 7,7 млн. тонн нефти, что составило 8,5% общероссийского нефтяного экспорта.

Большой общественный резонанс получила история, суть которой заключается в том, что в начале 1998 года «Лукойл» переуступил МЭС право доступа к нефтепроводу «Дружба» (1,5 млн. тонн за первое полугодие 1998 года), однако, по данным «Ведомостей» (21 сентября 1999 года), за 10 месяцев 1998 года МЭС экспортировало только 440000 тонн. Кстати, по информации «Эксперта» (9 февраля 1998 года), передача права состоялась после личной встречи главы «Лукойла» Вагита Аликперова с Алексием II

По поручению Правительства РФ торговый дом «МЭС-Инторг» участвует в программе клиринговых взаиморасчетов с Индией, Китаем, Турцией и другими странами. Кроме этого, компания занимается складированием, транспортировкой и реализацией товаров. В частности, на московский рынок компания поставляет продукты производства предприятий холдинга, расположенных в Подмосковье и в южных регионах России. В основном, это – квас, мясо- и молокопродукты.

МЭС осуществляет строительство крупных гражданских и промышленных объектов в качестве инвестора и генерального заказчика. В частности, в Москве и Подмосковье компанией были построены жилые дома, отреставрированы несколько церквей.

Добиться возможности участвовать в столичном строительном рынке компании МЭС во многом помогли достаточно близкие отношения руководства компании с московской мэрией. В качестве косвенного доказательства этого можно вспомнить, что МЭС с апреля 1997 года являлось совладельцем Русского земельного банка, в котором компании принадлежало 10,6%. В совете директоров банка не было представителей МЭС, в то время как в других банках, где компания имела свой пакет акций, такие представители были. Тем не менее, в совет банка входили жена мэра Москвы Елена Батурина и ее брат Виктор, причем их фирмы формально не числились в качестве акционеров банка. Еще одним членом совета директоров банка стал известный скульптор и друг Лужкова Зураб Церетели, его компания «Международный центр дизайна» имела 11% акций.

Известно, что с апреля 1997 года именно через Русский земельный банк по распоряжению правительства Москвы шли все перечисления за аренду земли в Москве.

На сегодняшний день МЭС пребывает в достаточно сложном экономическом положении, в которое компания попала еще в 1997 году. В настоящее время приостановлено финансирование большинства церковных проектов, которые ранее велись силами МЭС. В 1998 году МЭС предприняла попытку завладеть компанией «Пурнефтегаз», входившей в холдинг «Роснефть». По мнению некоторых аналитиков, МЭС тогда стремилось получить собственные нефтедобывающие компании, чтобы вновь получить право экспортировать нефть.

По сведениям газеты «Ведомости» (17 сентября 1999 года), в 1997 году в швейцарские правоохранительные органы начали вести расследование связей Кириллова. В результате, был выявлен ряд «сомнительных» связей Кириллова и его супруги. Например, по данным тех же «Ведомостей», семья Кирилловых учредила в Швейцарии ряд фирм на паях с адвокатом Сержем Фафаленом (якобы проходил по делу об убийстве российского криминального бизнесмена Владимира Мисюрина («Зверь»)). По итогам расследования было возбуждено уголовное дело, в результате которого банковские счета Кириллова с десятками миллионов долларов были заморожены.

В этом же деле якобы фигурировала также и фамилия Пьянкова. Интересно, что оформлением вида на жительство в Швейцарии Пьянкова занимался именно Фафален. При этом Пьянков был представлен как менеджер компании IOB Traiding SA, уполномоченный Алексием II для «контроля за инвестициями Патриархии в коммерческих компаниях».
 

Группа компаний «Ника»

 
Адрес: Москва, ул. Малая Коммунистическая, д.22, стр.1;
Телефон: 911-93-12.

«Церковный благотворительный центр «Ника» был образован в 1992 году по инициативе Митрополита Кирилла. Новую структуру возглавил Сергей Филиппов. Изначально центр имел статус ЗАО, однако в 1996 году был перерегистрирован как некоммерческая организация.

Первоначальный капитал центра был запущен в торгово-закупочные операции. «Ника» занималась розничной торговлей продуктами питания (в частности, растительным маслом из Греции итд) и продажей гуманитарной помощи (по соглашению с государством). Средства от продаж были вложены в минипекарни и начали приносить хороший доход, так как продукция такого рода всегда востребована населением. Наиболее активно товары направлялись в Тверскую, Курскую области и в республику Марий Эл.

Деятельность «Ники» быстро стала самоокупаться. С марта 1993 года «Ника» официально стала передавать в ОВЦС 2-3 тысячи долларов США («Коммерсантъ», 14 мая 1997 года). Однако прибыль, получаемая «Никой» в то время, не была, как можно видеть из приведенных цифр, достаточно значительной. В 1994 году «Ника» инвестировала деньги в бензиновый бизнес – 1 млрд. рублей «церковных» денег, а через год получила 3 млрд. рублей. Спустя некоторое время «Ника» потеряла интерес к топливному бизнесу.

В 1995 году РПЦ получила право на беспошлинную торговлю сигаретами, заработав 2,5 млрд. рублей. Причем именно «Ника» с 1996 по 1998 год занималась ввозом и продажей сигарет. По некоторым данным, одним из сотрудников «Ники» в то время являлся заведующий финансово-экономическим сектором ОВЦС протоирей Владимир Верига. Кроме «Ники» подобной деятельностью занимался и Штаб по гуманитарной помощи РПЦ.

Этот бизнес, однако, стал для РПЦ «несчастливым», так как Московская налоговая служба «выставила» РПЦ штрафов на сумму 98 млрд. рублей. В результате, с 1996 года вяло развивается скандал, связанный с торговлей ОВЦС табачными изделиями. Деньги, полученные в результате коммерческой деятельности, обслуживались, в частности, в «Александр-банке», банке «Пересвет» и «Калужском земельном банке». Интересно, что упомянутый Владимир Верига стал членом Совета АКБ «Александр-банк», а архиепископ Климент, вероятно, имел некоторое влияние в «Калужском земельном банке».

С 1994 года «Ника» активно участвовала на финансовом рынке. В частности, «Нике» удалось установить прямые связи с биржами. Компания в 1994 году вкладывала все свои свободные средства в ГКО (в то время доходы по облигациям доходили до 180% годовых). Кроме этого, «Ника» участвовала в крупных инвестиционных проектах. В частности, вложила средства в сыроваренный завод «Ерахтурские сыры» (Шиловский район Рязанской области). Продукция завода продается с торговой маркой РПЦ, что благоприятно влияет на его распространение.

Любопытно, что, по некоторым данным, рязанские преступные группировки пытались навязать руководству завода свои «услуги» в обмен на определенный процент отчислений. Однако это «внимание» со стороны рязанцев быстро прекратилось. Вероятно, этому способствовал авторитет РПЦ. В результате, «Ника» развернула в Рязанской области широкое дело – мед, консервы, нефтепродукты. По примеру Рязани аналогичный бизнес был развернут в Калужской, Смоленской и Московской областях.

Дочерняя структура «Ники» - компания «Авианика», которая владеет двумя самолетами, используемыми для транспортировки митрополита Кирилла.
 

Проект «Святой источник»

 
Адрес: Москва, Грохольский пер. д.19/27;
Телефон: 755-84-24

Самым ярким и наиболее известным «региональным» церковным проектом, где основную роль играют иерархи именно местных епархий, бесспорно, является проект «Святой источник».

Следует отметить, что епархиальные архиереи практически не подотчетны Московской Патриархии в своих коммерческих делах. Как отмечает «Независимая газета» (3 сентября 1997 года), особенно это касается регионов, где РПЦ имеет интересы в нефтяной и газовой промышленности. Таким образом, проект «Святой источник» является вполне автономным проектом Костромской епархии.

Идея продавать экологически чистую воду, благословленную патриархом, принадлежала, по некоторым данным, протоиерею Александру Андросову (в настоящее время он служит в кафедральном соборе РПЦ в Нью-Йорке).

В 1992 году в оффшорной зоне Кипра при участии американского бизнесмена Джона Кинга (ранее он занимался производством пластмасс) была зарегистрирована компания « Saint Spring Water LTD », которая получила права на торговую марку «Святой источник». Непосредственный выпуск продукции (пластиковых бутылок минеральной воды) был налажен в Костромской области. Предприятия, выпускающие эту продукцию - «Родники», «Серебряный источник», а также «Чистые ключи», причем учредителем обеих компаний стала Костромская епархия.

На сегодняшний день «Серебряный источник» является крупнейшим в России заводом по производству питьевой воды. Кроме этого, вода «Святой источник» быстро стала самой продаваемой в России. Кроме того, она также получила одобрение Министерства здравоохранения США, получила ряд международных призов. После этого вода стала активно распространяться и за рубежом.

Оборот завода, выпускающего воду «Святой источник», в 1997 году составил $6,5 млн., в 1998 году, вследствие августовского кризиса, снизился и составил менее $5 млн. Более свежих данных о финансовых достижениях проекта, к сожалению, нет.

Согласно официальной информации, иностранные инвестиции в проекте составили $20 млн. Размещением инвестиций занималась компания «Ренессанс-капитал», возглавляемая Борисом Йорданом.

По некоторым данным, в проект также были вложены деньги частного американского фонда «США-Россия» ( TUSRIF ), который, как утверждают, финансировался Конгрессом США. Проектами фонда на территории РФ управляет компания « Delta Capital Management Inc .».

РПЦ стала своеобразной политической «крышей» проекта, обеспечивая ему хорошие отношения с местными властями, разнообразные льготы и т.д. В результате, налоговые льготы по отношению к предприятиям «Святого источника» действовали практически в течение четырех лет. В ответ «Святой источник» перечислял часть своей прибыли на нужды РПЦ и, в частности, Костромской епархии. В 1999 году, например, на счета епархии было перечислено около $200 тысяч. Также «Святой источник» традиционно выступает спонсором проектов Православного информационного телевизионного агентства (ПИТА), например, оплачивает трансляции пасхальных богослужений на центральных телеканалах.

Непосредственно распределением епархиальной прибыли от проекта занимается лично архиепископ Костромской и Галичский Александр (Могилев). Его подпись стоит на каждой бутылке воды.
 

Александр (в миру – Александр Геннадьевич Могилев)

 
Родился 18 мая 1957 года в Кирове в семье рабочего.

В 1977 году окончил Ленинградскую духовную семинарию; затем заочно учился в Московской духовной академии.

С 1983 года является священнослужителем. В 1989 году был возведен в сан епископа Костромского и Галичского.

Затем – архиепископ, с декабря 2000 года – председатель Синодального отдела по делам молодежи.

Утверждается, что «доход от реализации воды поступит на нужды восстановления храмов и монастырей Русской Православной Церкви». Кстати, некоторая часть прибыли Костромской епархии от проекта шла на финансирование деятельности Всецерковного Православного молодежного движения (председателем ВПМД является тот же архиепископ Александр).
 

Компания «Вертэкс»

 
Адрес: 3-й пр. Марьиной рощи, д.40, офис 504-506;
Телефон: 232-5661.

Компания представляет интерес в рамках данного исследования как предприятие, пользующееся покровительством руководства РПЦ, а главу компании Гюльназ Сотникову называют финансовым консультантом лично Алексия II
 

Гюльназ Ивановна Сотникова (Цюрко)

 
Родилась в 1961 году в Уфе. Отец – писатель, мать – театровед.

В середине 1980-х годов Сотникова переехала в Москву. Окончила Институт связи и экономический факультет Московского государственного института.

До 1990 года работала референтом в Свердловском райкоме комсомола Москвы, в компании «Тропос» (торговля компьютерами и медицинским оборудованием), затем занялась организацией собственного бизнеса – открыла фирму «Вертэкс-тур».

Разведена (дважды была замужем). Сын Максим.

В структуру компании «Вертэкс» входят компании «Вертэкс-Траст» (консалтинг), ЗАО «Вертэкс-Аэро» (грузовые перевозки), ТОО «Софра» (издательская и посредническая деятельность). Она также возглавляет «Российский благотворительный фонд примирения и согласия», который активно спонсирует РПЦ и организует различные благотворительные акции.

По информации бывшего секретаря патриарха Е.Комарова («Новые известия», 13 июля 1999 года), тесные взаимоотношения Сотниковой с РПЦ начались в 1996 году. Тогда Сотникова предложила Алексию снять про него фильм, подарила ему автомобиль «Ягуар». В обмен патриарх улаживал проблемы компаний, принадлежавших Сотниковой (речь, в первую очередь, идет об импорте товаров в Россию) с таможенными и налоговыми органами.

Сотникова, по данным того же Комарова, с 1993 года была фигурантом пяти уголовных дел, заведенных по фактам нарушения таможенного законодательства. Однако все они были закрыты по амнистии, либо по решению тогдашнего председателя Государственного таможенного комитета Валерия Драганова (по одной из версий, эти решения принимались после ходатайств руководства РПЦ).

В апреле 2000 года с именем Сотниковой был связан громкий скандал. Суть его заключается в том, что она в декабре 1999 года предложила ГТК создать в своем лице единого агента, который должен был бы координировать международные грузовые авиаперевозки, регулировать на них цены и перечислять больше налогов. По оценкам специалистов, речь шла о контроле над финансовыми потоками около $1 млрд. в год.

По некоторым данным, в поддержку Сотниковой тогда выступил глава ГТК Михаил Ванин. Тем не менее, эти планы не были осуществлены. Одной из причин этого стало активнейшее сопротивление остальных субъектов данного рынка.

Среди других коммерческих проектов Московской Патриархии отметим имевшее в недавнем прошлом место тесное взаимодействие МП с Управлением делами Президента РФ и лично Павлом Бородиным. Это проявилось в попытке РПЦ найти свою нишу в российском алмазном бизнесе в 1996 году. В частности, РПЦ пыталось освоиться в Ломоносовском месторождении в Архангельской области. В настоящее время Патриархия вышла из этого проекта, однако бывший епископ Архангельский Пантелеймон, по некоторым данным, еще в 1997 году входил в число членов правления ТОО «Норд-Диамонд-Инвест», которое является зависимым от добывающей алмазы компании ОАО «Севералмаз» и даже находится по одному с ней адресу.

Под покровительством РПЦ работало также предприятие «Артгемма», которое было создано для огранки алмазов. По некоторым данным, компания экспортировала в основном необработанные алмазы из Гохрана при поддержке главы этого ведомства Александра Абрамова (не путать с заместителем руководителя Администрации Президента).

Благодаря усилиям Московской Патриархии Анапский комбинат им. В.И.Ленина получил в 2000 году эксклюзивное право поставлять кагор в монастыри, епархии и приходы РПЦ. Проект был назван «Братская трапеза». Распространением вин занимается московская фирма «Лудинг», однако пока что нельзя говорить о полной «централизации» сферы.

Руководство Московской Патриархии через созданную на Чукотке компанию ЗАО «Регион» (руководитель – Александр Козлов) владеет 50% акций судна «Атаман», занимающегося ловом рыбы, крабов и креветок у побережья Камчатки. Лов крабов считается достаточно рентабельным бизнесом – тонна готового крабового мяса на мировом рынке стоит $16-18 тысяч. Согласно мнению экспертов, компания, занимающаяся этим видом бизнеса, может зарабатывать до $5-6 тысяч чистой прибыли с каждой тонны. По мнению «Аргументов и фактов» (№17, 2000 года), прибыльность проекта составляет около $17 млн.

До 1998 года Козлов получал квоты на вылов крабов от руководства Чукотского АО (от Александра Назарова), однако затем ситуация несколько изменилась и Козлов вынужден был искать себе новых покровителей – обрел их в лице РПЦ. В результате в Госкомитет по рыболовству пришло письмо, подписанное патриархом Алексием II, с просьбами о предоставлении ЗАО «Регион» очередных бесплатных квот. В 1999 году квоты были существенно увеличены благодаря усилиям тогдашнего председателя Госкомитета Николая Ермакова, одного из соратников Евгения Примакова, занимавшего в то время пост премьер-министра.

Таким образом, ЗАО «Регион» получило в общей сложности квот на 1019,6 тонны крабов (камчатского, синего, волосатого, опилио и разношипового). При этом Ермаков превысил остатки квот в Госкомитете почти на 200 тонн (то есть, ЗАО получило возможность добывать тех крабов, которые должны были оставаться в живых для сохранения природного баланса). По одной из версий, руководителю ЗАО «Регион» Козлову удалось «выбить» эти льготы благодаря сотрудничеству с сыном Николая Ермакова Дмитрием.

В ходе своей деятельность ЗАО «Регион» не только осваивало свои льготные квоты, но и приобретало некоторые квоты у других компаний, получивших их также на льготной основе. Например, в 1999 году ЗАО получило в свое распоряжение квоты, принадлежащие ООО «Возрождение Северо-Востока».

Под личным патронажем Патриарха Алексия II в 1996 году был создан Клуб православных предпринимателей. Среди членов Клуба: Галина Алешечкина (президент Первого инвестиционного банка), Сергей Беднов и Сергей Катырин (вице-президенты Торгово-промышленной палаты РФ), Иван Силаев (президент Международного союза машиностроения), Андрей Костин (руководитель Внешэкономбанка), Евгений Егоров (министр правительства Москвы). Клуб был создан в декабре 1996 года как некоммерческое партнерство, целью которого является «координация благотворительной деятельности и придания ей целенаправленного характера».

В 1998 году под патронажем патриарха возник помпезный фонд «Святыни России», который был создан с целью привлекать к сотрудничеству «на взаимовыгодной основе» членов «Клуба православных предпринимателей». Однако никаких существенных результатов такого сотрудничества мы не увидели.

Сегодня всего один «олигарх» может претендовать на право именоваться «православным» - Сергей Пугачев, член Совета Федерации, акционер «Межпромбанка». Других крупных собственников, более или менее отчетливо определяющих себя религиозными деятелями, нам обнаружить не удалось.

Большую роль в религиозно-идеологической деятельности Пугачева играет телеканал «Московия», выкупленный в свое время у администрации Московской области. Именно этот канал служит оружием для проведения «в массы» в том числе и антикатолических идей. По некоторым данным, недавняя атака на католиков, действующих на территории России, произошла во многом при поддержке Пугачева.

Однако активная лоббистская деятельность Пугачева, а также религиозный фанатизм спровоцировали его удаление от персоны Президента РФ.

В целом, российские «олигархи» практически никогда не демонстрировали даже просто благожелательного отношения к РПЦ, во многом благодаря тому, что Московская Патриархия представляет собой замкнутую систему (в том числе – и финансовую), куда «чужие» не допускаются вообще. В результате, у «олигархов» отсутствовал материальный интерес к поддержке РПЦ, что повлекло за собой общее отчуждение всех крупных собственников (кроме Пугачева) от православия.
 
 
Апокалипсис Церковный офшор - 2 Апокалипсис
Апокалипсис Церковный офшор - 3 Апокалипсис
 

 

Похожие записи

Страницы веб-журнала «НачалоV»
«Апокалипсис 2012 Новое Время»
периодически обновляются  


ИНФО 2017 - 2023 - 2029

Оставить комментарий или материал на аналогичную тему



Комментарии (5 комментариев)

  1. nikolay:

    ОФШОРНЫЕ КРЫСЫ ГРЫЗУТ ЧЕРНОМОРСКИЙ ЗАКАЗНИК. А ПАТРИАРХ ПОДАЁТ ИМ ПРИМЕР

    В наших статьях о криминальном захвате РПЦ участка береговой полосы курорта Дивноморское всегда звучит одна простая мысль: беззаконие властей, тем более духовных, ослабляет и разрушает страну. Тысячи чиновников, депутатов, бизнесменов и обычных обывателей, глядя на патриарший произвол, задаются логичным вопросом: «Если человек, претендующий быть совестью нации, ведёт себя так бессовестно, то чего уж нам-то стесняться?!» И дербанят общественные леса и берега, как умеют.

    Вот один из комментов к статье «Дорога смерти» патриарха Кирилла» (http://openbereg.ru/?p=2960), оставленный на сайте посетительницей Ольгой 17 февраля 2013 года:

    «Во всей этой истории торчат уши тех, кто намеревается распродавать дальше весь берег от Дивноморского до Туапсе. И в этой ситуации посадить патриарха во главу этого мероприятия – ход конём. Под таким прикрытием и чаевые на различных уровнях меньше будут. И народ служивый не так ломаться станет… Для одних – природа, общение с морем, положительные эмоции, для других – сплошные схемы, бухгалтерия да беспокойный сон. Неизвестно, как всё повернётся. За такие дела и на почитаемом Западе могут посадить. И через Интерпол поймать… Ну, а у наших избранников в Думе давно пора спросить, до каких пор на ответственные посты будут попадать продажные и коррумпированные люди? И что это за законы такие, которые позволяют чиновникам распродавать госсобственность у всех на глазах?»

    Ольга как в воду глядела. 27 мая на сайте Экологической вахты по Северному Кавказу (http://ewnc.org/node/11245) появилась публикация о продаже некоей Черноморской финансовой компанией (BSFC), зарегистрированной в далёком офшоре на карибском острове Невис, 4 гектаров берега и леса, находящихся рядом с резиденцией патриарха РПЦ в посёлке Дивноморское. Из объявления этой самой BSFC следует, что земельный участок расположен прямо в Джанхотском боре краснокнижной пицундской сосны и предлагается под «размещение частной резиденции» или «эксклюзивного комплекса отдыха и досуга». И что компания-продавец готова оказать клиенту «все необходимые сопутствующие услуги: оформление прав на участок с регистрацией в учреждении юстиции, оформление разрешения на освоение участка, услуги строительного подряда» и т.п.

    http://www.bsfc.com/proekty/zemli_u_morya_dlya_investorov/s_divnomorskoe_vneshnie_granitsy_uchastokbr__pod_eksklyuzivnuyu_rezidentsiyu/

    У всех, кто знает Геленджик, эта информация вызвала оторопь. Ведь Джанхотский бор реликтовой пицундской сосны является памятником природы регионального значения и ботаническим заказником ещё с советских времён (образован решением Геленджикского райисполкома № 521 от 12 ноября 1975г., а также решением Краснодарского крайисполкома № 326 от 14 июля 1988г.), и за всякую деятельность, нарушающую режим его особой охраны (вырубку деревьев и кустарников, строительные работы и т.п.), частью 2 статьи 36 Федерального закона «Об особо охраняемых природных территориях» установлена уголовная ответственность!

    Более того: своё скандально-уголовное объявление BSFC украсила яркой картинкой с изображением будущего вида участка с высоты птичьего полёта, где помимо вырубленного и застроенного общественного леса присутствует ещё и перегороженный «под урез моря» общественный берег с пирсами для частных яхт – точь-в-точь как у соседа-патриарха. То есть грубейшее нарушение федерального Закона «Об особо охраняемых природных территориях» она дополнила ещё и грубейшим нарушением ст.6 Водного кодекса РФ, гарантирующей всем гражданам возможность свободного доступа к морской береговой полосе и передвижения по ней!

    Понятно, что карибский офшор, столь нагло попирающий российские законы, имеет мощное административное прикрытие – причём не на далёких Карибах, а здесь, в России. И в публикации «Экологической вахты по Северному Кавказу» это прикрытие называется по имени и фамилии: депутат Госдумы РФ от Краснодарского края, член партии «Единая Россия» Ремезков А.А.

    У господина Ремезкова богатая биография. Он старинный друг губернатора Краснодарского края Александра Ткачёва, его вице-губернатор и правая рука с 2002 по 2009 годы. Ну и, как водится в Краснодарском крае, сверхуспешный бизнесмен в сфере недвижимости. По словам гендиректора BSFC Евгения Мышалова, «успех компании — заслуга её владельца Александра Ремезкова, который собрал хороший земельный банк ещё будучи вице-губернатором» http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/277128/remezkov_ushel_proekty_ostalis.

    Частью этого «хорошего» земельного банка оказались и 4 га Джанхотского бора сосны пицундской – памятника природы, подобного которому в мире нет. Причём оказались, как говорят, буквально за копейки, по кадастровой стоимости обычного леса (участок №71А Кабардинского лесничества). Кстати, именно Александр Ремезков подписал распоряжение о передаче РПЦ под летнюю резиденцию патриарха земельного участка в Дивноморском. Как видим, и себя не забыл…

    Можно представить, почему в депутатской голове вдруг возникла «блестящая» идея застроить уникальное народное достояние. Г-н Ремезков рассудил так: «Какой мне прок сегодня от этих реликтовых га? Да никакого. А вот если запродать их под резиденцию – другое дело! 400 лесных соток, в среднем по 5 тысяч баксов каждая, на круг – 2 лимона «зелёных». И с оформлением проблем не будет: везде свои люди, всё сделают, как надо. В мэрии, в юстиции. Закроют глаза на любые нарушения, заткнут рот любым жалобщикам… Вон сосед-патриарх: сколько краснокнижного леса повырубал и повыжег, сколько берега захватил – и чего? Хоть один прокурор дёрнулся? Молчат, как миленькие. Знают, на кого можно лаять, а на кого – ни-ни. И с моими делами промолчат. Куда денутся…»

    Расчёт г-на Ремезкова точен. Закона в Краснодарском крае и вправду нет. Вернее, он работает выборочно, в «ручном режиме», то есть включается (или выключается) лишь тогда, когда это выгодно самому губернатору, его друзьям или их покровителям из высшей российской власти. Можно не сомневаться, что бумаги, разрешающие варварскую застройку 4 га Джанхотского бора, будут оформлены. А прокуроры не дёрнутся.

    Скажу больше: это только начало. Совсем не за горами время, когда подобные же разрешения будут выданы на застройку ВСЕЙ его территории площадью 950 га.

    В позапрошлом году у меня состоялась неформальная беседа с одним из краснодарских чиновников. Он сообщил поразительный факт: оказывается, ВЕСЬ берег от курортного посёлка Дивноморское до хутора Джанхот УЖЕ находится в аренде на 49 лет и предназначен стать т.н. «Южной Рублёвкой», то есть средоточием элитных поместий и резиденций. Причём на публичной кадастровой карте Росреестра, размещённой в Интернете, эти юридические реалии пока не отражены. Как с улыбкой пояснил чиновник – «в политических целях, чтоб не будоражить народ».

    Видимо, он имел в виду тот самый российский народ, который ежегодно приезжает отдыхать в Геленджик и его посёлки. Который всем сердцем любит его уникальные реликтовые леса, живописные берега и бухты. Который весь год тяжёло работает и копит деньги для того, чтобы вывезти сюда детей и показать им настоящую красоту их Родины. И который до сих пор в своём большинстве наивно верит, что эту красоту у него за спиной никто не продаст, не вырубит и не застроит поместьями с многокилометровыми заборами. И что на страже его законных прав и интересов стоят такие великие государственные мужи России, как президент Путин и губернатор Ткачёв. А патриарх Кирилл им помогает.

    В нашем общем доме, друзья, завелись крысы. И они не успокоятся до тех пор, пока не изгадят, не изгрызут и не раздербанят его до последнего камушка. C этим нужно что-то делать.

    Сергей МЕНЖЕРИЦКИЙ
    http://openbereg.ru/?p=3261

  2. Keis:

    Владыки над бюджетом, или Кому выгодно разночтение в Уставе РПЦ

    Во время празднования 1000-летия Крещения Руси, 8 июня 1988 года Поместным собором Русской Православной Церкви (далее — РПЦ) впервые был принят Устав этой религиозной организации. Один из пунктов этого документа имел следующую формулировку (гл. VII, п. 22): «Церковное имущество, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности и которое находится в официальной архиерейской резиденции, после его смерти вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в её собственность. Личное имущество скончавшегося архиерея наследуется в соответствии с действующим государственным законом о наследстве» (Устав об управлении Русской Православной Церкви. М., Изд. Московской патриархии. 1989. С. 17; или: http://drevo-info.ru/articles/17772.html ).

    О принципиальной новизне правовой нормы, зафиксированной во втором предложении этого пункта, нами уже говорилось на страницах «НГ-религии» (от 20.06.2012 и 05.12.2012; см.: http://religion.ng.ru/society/2012-06-20/6_inoki.html и http://religion.ng.ru/history/2012-12-05/7_tihon.html ). Ниже мы проанализируем содержание первого предложения.

    Прежде же отметим, что в процитированном пункте упоминается две категории имущества: церковное и личное. Встаёт вопрос: как провести грань между ними? Ответ на этот вопрос дают, например (хотя и в общих чертах), церковные каноны и их комментаторы. Они говорят, что рукополагаемый в епископский сан перед своим посвящением должен объявить своё личное имущество, нажитое ранее или полученное от родственников. То есть должно быть известно то имущество, которым архиерей может распоряжаться на правах своей личной собственности. В канонах также указывается, что после кончины епископа перед передачей оставшейся его личной собственности наследникам, клирики должны чётко (по описи) отделить собственность епископа от церковного имущества. (См. правило 40-е св. Апостол; 24-е Антиохийского собора; 41-е Карфагенского собора: http://www.agioskanon.ru/ ). Весьма подробно о разграничении церковного (называвшегося также казённым) и личного имущества архиереев говорилось в принятом в 1841-м и действовавшем до 1917-1918 годов «Уставе духовных консисторий» (ст. 113–115, 118–123 по редакции 1841 года и ст. 107–109, 112–117 по редакции 1883 года). (См.: Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2-е. Т. XVI: 1841 г. Отд. 1-е. Ст. 14409. С. 235–236; Там же. Собр. 3-е. Т. III: 1883 г. Ст. 1495. С. 126–127).

    На сегодняшний день в РПЦ нет документа, в котором регламентировался бы порядок разграничения церковного имущества и личной собственности иерархов. «Положение о церковном имуществе», о котором, как о существующем, неоднократно говорится в действующем с 2000 года новом Уставе РПЦ (гл. XV, п. 6, 9, 11, 34, 39), до сих пор не выработано (Устав Русской Православной Церкви. М., Изд. Московской патриархии. 2000. С. 54–55, 59–60; или: http://www.patriarchia.ru/db/text/133149.html ). И в обозримое будущее это «Положение...» вряд ли появится, поскольку о его разработке не упоминается в планах Межсоборного присутствия — созданного в 2009 году совещательного органа РПЦ, основной задачей которого является содействие высшей церковной власти в подготовке решений по наиболее важным вопросам внутренней жизни и внешней деятельности РПЦ. (Перечень готовящихся к обсуждению Межсоборным присутствием тем см.: http://www.patriarchia.ru/db/text/2637643.html ).

    16 августа 2000 года Архиерейским собором был принят ныне действующий Устав РПЦ, который 28 января 2009 года был утверждён высшей церковной инстанцией — Поместным собором. В том документе процитированный выше пункт Устава 1988 года (гл. VII, п. 22) воспроизведён почти дословно. Незначительное различие имеется лишь во втором предложении, ставшем таким: «Личное имущество скончавшегося архиерея наследуется в соответствии с действующими законами». Первое же предложение осталось без изменений (гл. X, п. 22). Рассмотрим его содержание:

    «Церковное имущество, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности и которое находится в официальной архиерейской резиденции, после его смерти вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в её собственность» (Устав Русской Православной Церкви. М., Изд. Московской патриархии. 2000. С. 33; или: http://www.patriarchia.ru/db/text/133139.html ). Обращает внимание, что смысл этого предложения неоднозначен. Разночтения зависят от пояснительной оговорки: «и которое находится в официальной архиерейской резиденции».

    Например, возможно такое понимание текста: 1) Всё церковное имущество, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности, после его смерти вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в её собственность. Правда, в таком случае фраза «и которое находится в официальной архиерейской резиденции», по существу, не нужна.

    Возможен и иной вариант прочтения: 2) Лишь та часть церковного имущества (которым обладал архиерей в силу своего положения и должности), после смерти архиерея вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в её собственность, которая находится в пределах официальной архиерейской резиденции.

    Судя по наличию указанной пояснительной фразы, более вероятен второй вариант прочтения. Но в таком случае возникает вопрос: а какова после смерти архиерея судьба того церковного имущества (которым обладал архиерей в силу своего положения и должности), которое находится вне официальной архиерейской резиденции? Например, если то имущество — воздвигнутая «неофициальная» резиденция архиерея? Или то имущество вывезено в личную квартиру или загородный дом иерарха, или по воле того же иерарха находится у третьих лиц? Ведь в Уставе не говорится, что после смерти архиерея в инвентарную книгу епархии следует вносить то церковное имущество (которым обладал архиерей в силу своего положения и должности), которое находится вне официальной архиерейской резиденции...

    Поставленный нами вопрос не лишён соответствующих оснований: ведь по современным нормам церковного права (в отличие от норм права, действовавших до 1917-1918 годов) в РПЦ отсутствует практика чётко разграничивать церковную и личную собственность, нет запрета на владение иерархами недвижимости, архиереи могут передавать наследникам любое своё личное имущество, причём вне зависимости от категории этого имущества.

    Умышленно или неумышленно в «учредительный документ» РПЦ внесён пункт с неоднозначной трактовкой по деликатному имущественному вопросу? Это нам неизвестно. Вместе с тем можно предположить, что указанное разночтение выгодно тем, кто по действующему в России законодательству является наследниками имущества архиереев: в первую очередь, их родственникам.

    При этом необходимо учитывать, что возможности распоряжаться церковным имуществом и денежными средствами у архиереев в постсоветское время стали практически неограниченные (в отличие от всех предыдущих периодов истории Русской церкви). Во-первых — из-за отсутствия какого-либо контроля со стороны государства. Ведь согласно Конституции РФ 1993 г. (ст. 15, п. 2) «религиозные объединения отделены от государства», а в федеральном законе «О свободе совести и о религиозных объединениях» от 26 сентября 1997 г. (№ 125-ФЗ) значится (ст. 4, п. 2): «В соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства государство: [...] не вмешивается в деятельность религиозных объединений». Во-вторых, современное церковное «законодательство» предоставляет архиереям практически неограниченный доступ к церковным средствам. Например, в ныне действующем Уставе РПЦ сказано, что епархиальный архиерей «распоряжается финансовыми средствами епархии, заключает от её имени договоры, выдаёт доверенности, открывает счета в банковских учреждениях, имеет право первой подписи финансовых и иных документов» (гл. X, п. 18.я3). При этом как бюджеты епархий, так и, в целом, общецерковный бюджет являются тайнами, доступ к которым имеет лишь очень узкий круг лиц.

    Таким образом, в ныне действующем Уставе РПЦ имеется брешь, с помощью которой заинтересованные лица имеют практически неограниченные возможности вывода церковного имущества из лона Матери-Церкви в «гражданской офшор».
    http://www.echo.msk.ru/blog/babkin_mikhail/971886-echo/

  3. rlod:

    Как церковное имущество может выводиться в «гражданский офшор»

    Во время празднования 1000-летия Крещения Руси, 8 июня 1988 года, Поместным Собором Русской Православной Церкви (РПЦ) впервые был принят Устав этой религиозной организации. Один из пунктов этого документа имел следующую формулировку (гл. VII, п. 22): «Церковное имущество, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности и которое находится в официальной архиерейской резиденции, после его смерти вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в ее собственность. Личное имущество скончавшегося архиерея наследуется в соответствии с действующим государственным законом о наследстве» (Устав об управлении Русской Православной Церкви. М.: Изд. Московской Патриархии, 1989. С. 17).

    О принципиальной новизне правовой нормы, зафиксированной во втором предложении этого пункта, нами уже говорилось на страницах «НГР» от 20.06.12 и 05.12.12. Ниже мы проанализируем содержание первого предложения.

    Прежде всего отметим, что в процитированном пункте упоминаются две категории имущества: церковное и личное. Встает вопрос: как провести грань между этими категориями? Ответ на этот вопрос дают, хотя и в общих чертах, церковные каноны и их комментаторы. Они говорят, что рукополагаемый в епископский сан перед своим посвящением должен объявить свое личное имущество, нажитое ранее или полученное от родственников. То есть должно быть известно то имущество, которым архиерей может распоряжаться на правах своей личной собственности. В канонах также указывается, что после кончины епископа перед передачей оставшейся его личной собственности наследникам клирики должны четко (по описи) отделить собственность епископа от церковного имущества (правила 40-е св. Апостолов; 24-е Антиохийского Собора; 41-е Карфагенского Собора.) Весьма подробно о разграничении церковного (называвшегося также казенным) и личного имущества архиереев говорилось в принятом в 1841 году и действовавшем до 1917–1918 годов «Уставе духовных консисторий» (ст. 113–115, 118–123 по редакции 1841 года и ст. 107–109, 112–117 по редакции 1883 года). (Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2-е. Т. XVI: 1841 г. Отд. 1-е. Ст. 14409. С. 235–236; Там же. Собр. 3-е. Т. III: 1883 г. Ст. 1495. С. 126–127.)

    На сегодняшний день в РПЦ нет документа, в котором регламентировался бы порядок разграничения церковного имущества и личной собственности иерархов. «Положение о церковном имуществе», о котором как о существующем неоднократно говорится в Уставе РПЦ, действующем начиная с 2000 года (гл. XV, п. 6, 9, 11, 34, 39), на самом деле до сих пор не выработано. В обозримом будущем это «Положение…» вряд ли появится, поскольку о его разработке не упоминается в планах Межсоборного присутствия – созданного в 2009 году совещательного органа РПЦ, основной задачей которого является содействие высшей церковной власти в подготовке решений по наиболее важным вопросам внутренней жизни и внешней деятельности РПЦ.

    16 августа 2000 года Архиерейским Собором был принят ныне действующий Устав РПЦ, который 28 января 2008 года был утвержден высшей церковной инстанцией – Поместным Собором. В этом документе процитированный выше пункт Устава 1988 года (гл. VII, п. 22) воспроизведен почти дословно. Незначительное различие имеется лишь во втором предложении, получившем такую редакцию: «Личное имущество скончавшегося архиерея наследуется в соответствии с действующими законами».

    Первое же предложение осталось без изменений (гл. X, п. 22). Рассмотрим его содержание: «Церковное имущество, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности и которое находится в официальной архиерейской резиденции, после его смерти вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в ее собственность» (Устав РПЦ. М.: Изд. Московской Патриархии. 2000. С. 33). Обращает на себя внимание то, что смысл этого предложения неоднозначен. Разночтения зависят от пояснительной оговорки: «которое находится в официальной архиерейской резиденции».

    Например, возможно такое понимание текста: все церковное имущество, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности, после его смерти вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в ее собственность. Правда, в таком случае фраза «которое находится в официальной архиерейской резиденции», по существу, не нужна.

    Возможен и иной вариант прочтения: лишь та часть церковного имущества, которым обладал архиерей в силу своего положения и должности, после смерти архиерея вносится в инвентарную книгу епархии и переходит в ее собственность, которая находится «в пределах» официальной архиерейской резиденции.

    Судя по наличию пояснительной фразы, более вероятен второй вариант прочтения. Но в таком случае возникает вопрос: какова после смерти архиерея судьба того церковного имущества (которым обладал архиерей в силу своего положения и должности), которое находится «вне» его официальной резиденции? Например, если само имущество – построенная недвижимость, так сказать, «неофициальная» резиденция архиерея? Или движимое имущество вывезено в личную квартиру или загородный дом иерарха, или по воле того же иерарха находится у третьих лиц? Ведь в Уставе не говорится, что после смерти архиерея в инвентарную книгу епархии следует вносить то церковное имущество (которым обладал архиерей в силу своего положения и должности), которое находится вне официальной архиерейской резиденции.

    По современным нормам церковного права (в отличие от норм права, действовавших до 1917–1918 годов) в РПЦ отсутствует практика четко разграничивать церковную и личную собственность, нет запрета на владение иерархами недвижимостью, архиереи могут передавать наследникам любое свое личное имущество, причем вне зависимости от категории этого имущества.

    Так умышленно или по недосмотру в «учредительный документ» РПЦ внесен пункт с неоднозначной трактовкой по деликатному имущественному вопросу? Это нам неизвестно. Вместе с тем можно предположить, что указанное разночтение выгодно тем, кто по действующему в России законодательству является наследниками имущества архиереев, в первую очередь их родственникам.

    При этом необходимо учитывать, что возможности распоряжаться церковным имуществом и денежными средствами у архиереев в постсоветское время стали практически неограниченными (в отличие от всех предыдущих периодов истории русской Церкви). Во-первых, из-за отсутствия какого-либо контроля со стороны государства. Ведь, согласно Конституции РФ (ст. 15, п. 2), «религиозные объединения отделены от государства», а в федеральном законе «О свободе совести и о религиозных объединениях» от 26 сентября 1997 года (№ 125-ФЗ) значится (ст. 4, п. 2): «В соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства государство: […] не вмешивается в деятельность религиозных объединений». Во-вторых, современное церковное «законодательство» предоставляет архиереям практически неограниченный доступ к церковным средствам. Например, в ныне действующем Уставе РПЦ сказано, что епархиальный архиерей «распоряжается финансовыми средствами епархии, заключает от ее имени договоры, выдает доверенности, открывает счета в банковских учреждениях, имеет право первой подписи финансовых и иных документов» (гл. X, п. 18.я3). При этом как бюджеты епархий, так и в целом общецерковный бюджет являются тайнами, доступ к которым имеет лишь очень узкий круг лиц.

    Таким образом, в ныне действующем Уставе РПЦ имеется брешь, с помощью которой заинтересованные лица имеют практически неограниченные возможности вывода церковного имущества в «гражданской офшор».
    http://simvol-veri.ru/xp/kak-cerkovnoe-imushestvo-mojet-vivoditsya-v-grajdanskiie-ofshor.html

  4. intotteri:

    Православный офшор московского пахана в сутане

    Русская православная церковь (РПЦ) предлагает переписать налоговое законодательство и освободить религиозные организации от уплаты налогов. Между тем Церковь и так не платит большинства налогов. Эксперты считают, что дополнительные льготы религиозным организациям предоставлять нецелесообразно: они сразу же станут лазейками для ухода от налогов коммерческих структур, как уже было в недавней российской истории. "Не только осуществления культа"

    "Законодательство (налоговое. - ГАЗЕТА) загоняет религиозные организации в прокрустово ложе, определенное советской идеологией", - заявил на прошлой неделе глава отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл на встрече членов Межрелигиозного совета России с представителями Совета Федерации. Он посетовал, что "под религиозной деятельностью российские законодатели понимают ровно то же, что понимали в советское время, то есть только культовую деятельность", вся же остальная деятельность подпадает под налогообложение. Тогда как, по словам митрополита, "общество ждет от религиозных организаций не только осуществления культа, но и участия в решении вопросов, связанных с качеством жизни человека".

    Между тем уже сейчас РПЦ не платит никаких налогов, кроме земельного и налога на имущество. Причем от уплаты первого из них освобождаются все церковные здания и сооружения, если они являются памятниками истории, культуры и архитектуры. Что же касается второго налога, то, если имущество используется для осуществления религиозной деятельности, платить за него тоже не надо. Кроме того, от налога на имущество освобождены и церковные объекты, признанные "памятниками истории и культуры федерального значения" и "объекты социально-культурной сферы, используемые для нужд культуры и искусства, образования, физической культуры и спорта, здравоохранения и социального обеспечения". Единственное, что подлежит налогообложению, это подсобные помещения и церковные хозяйственные постройки, например пекарни, гостиницы, мастерские. Для них законом установлена предельная ставка имущественного налога - 2,2%, но размер сбора каждый регион устанавливает сам. Большинство субъектов оставили максимальную ставку без изменений: при проведении реформы межбюджетных отношений каждый доходный источник для них - на вес золота. Именно эта ситуация и не устраивает Церковь.
    Табак, алкоголь...

    Просьба, озвученная митрополитом Кириллом, - не первое обращение церкви к власти с просьбой о льготах. Например, с ноября 2002 года по просьбе священнослужителей храмами, мечетями, синагогами и прочими религиозными учреждениями в России, содержащимися за счет пожертвований граждан, плата за свет и тепло осуществляется по тарифам, установленным для населения. Они значительно ниже, чем тарифы для коммерческих организаций. С переходом на новые правила оплаты экономия составила от четверти до половины суммы платежей. С учетом того, что средний российский храм на текущую оплату тепла и электричества тратит порядка 1000 долларов в месяц, экономия получается немалая. Впрочем, льгота не касается также хозяйственных построек.

    Эксперты считают, что распространять налоговые льготы на хозяйственную деятельность церкви нецелесообразно, так как налоговая брешь может быть использована для извлечения прибыли при ведении коммерческой деятельности. "Если есть льготы, будут найдены и лазейки", - уверена директор по развитию Центра фискальной политики Антонина Ковалевская. "Облагать налогами церковные лавки, воскресные школы не очень правильно, - согласен с коллегой научный руководитель Экономической экспертной группы Евсей Гурвич. - Но и предоставлять льготы по импортным пошлинам, как уже было, тоже нецелесообразно».

    Действительно, налоговые льготы, которые государство в 1990-е годы давало религиозным организациям, были далеко не всегда использованы с благими целями. Например, в 1994 году отдел внешних церковных сношений получил по своему ходатайству разрешение на беспошлинный ввоз с последующей частичной реализацией сигарет крупных английских и голландских фирм. Квот, ограничивающих размер импорта, установлено не было - ввозить можно было любое количество табака, при этом НДС и таможенная пошлина не уплачивались. В результате за два года было ввезено 10 тыс. тонн товаров. В 1996 году на цикл статей в различных СМИ, описывающих импорт сигарет по линии церкви, РПЦ отреагировала внутренним расследованием. Выяснилось, что в данном случае имя церкви некоторые люди использовали в недобросовестных целя". Аналогичная схема использовалась и при ввозе спиртных напитков.
    ...и немножко нефти

    В 1995 году Патриарх Московский и всея Руси Алексий II написал письмо председателю Госдумы Ивану Рыбкину, где просил без уплаты таможенных пошлин ввезти из Италии в Россию 200 тонн куриных окорочков. Всю полученную от реализации прибыль было обещано потратить на восстановление храмов. В 1996 году Патриарх Московский и всея Руси Алексий II обратился к президенту России Борису Ельцину с просьбой выделить 650 тыс. тонн нефти и разрешить экспортировать ее без взимания таможенных пошлин. Предполагалось, что вырученные средства РПЦ направит на покупку за рубежом коллекции православного искусства для строящегося Храма Христа Спасителя. Были ли потрачены средства на заявленные цели, проверить невозможно: церковь не подлежит аудиторским проверкам.

    В середине 1990-х годов компания «Международное экономическое сотрудничество» (МЭС), учредителем которой, по различным сведениям, выступило и хозуправление Патриархии, была одним из крупнейших отечественных нефтетрейдеров. Компания участвовала в программе ООН «Нефть в обмен на продовольствие» в Ираке. В 1995 году МЭС разрешили экспортировать нефть для финансирования программы реконструкции Кремля. Разрешение на право экспорта подписывал тогдашний премьер Виктор Черномырдин, а с просьбами о них к нему обращался экс-управделами президента Павел Бородин. С 1996 года право «доступа» к экспортной трубе правительство оставило только нефтедобывающим компаниям. МЭС, хотя и не являлась таковой, сохранила за собой статус международного нефтетрейдера и продолжила качать нефть за рубеж вплоть до 1998 года. Выручка МЭС от экспорта нефти за эти годы оценивается по меньшей мере в 700 млн. долларов. Правда, куда она подевалась, остается загадкой. В 1999 году Бородин в интервью французской Le Monde заявил, что МЭС не имеет отношения к реконструкции Кремля, а «просто поставляет финансы для Минфина». По разным оценкам, администрация президента не досчиталась около 400 млн. долларов.

    Таким образом, не факт, что требуемые церковью налоговые льготы будут использоваться только в социальной, образовательной и издательской деятельности. «Церковь должна понимать, что, декларируя гуманистические принципы защиты обездоленных и одновременно требуя для себя особого налогового статуса, она противоречит сама себе, - считает глава думского комитета по экономической политике Валерий Драганов. - Церковь имеет сегодня довольно прочные позиции в обществе, среди ее прихожан достаточно людей состоятельных, да и практика благотворительных пожертвований не противоречит ее духу. Так что, думаю, можно найти эквивалент налоговым льготам».
    http://ak-ua.com/arkhiv-kompromata/item/16902-Pravoslavnyij_ofshor_moskovskogo_pahana_v_sutane/16902-Pravoslavnyij_ofshor_moskovskogo_pahana_v_sutane

  5. Gure:

    Власть создает церковный офшор

    Не сумев открыто провести финансовые преференции Московскому патриархату, регионалы решили протащить их без шума и пыли, замаскировав их в абсолютно «левом» законопроекте. Лоббисты УПЦ Московского патриархата находят все более изощренные способы получить от власти кусок бюджетного пирога. Подыгрывает им и бизнес, который, судя по всему, любит Бога и церковь только если эта любовь конвертируется в абсолютно материальный денежный куш.

    Первый заход

    Похоже, ответственные товарищи в Партии регионов хорошо усвоили правило – не пускают в двери, надо лезть через окно и добиваться своего. «Главком» уже писал, как депутаты-регионалы задумали запустить грандиозную коррупционную схему при строительстве кафедрального собора УПЦ МП в Киеве.

    Еще 9 декабря нардепы Александр Един и Михаил Зубец зарегистрировали законопроект о внесении изменений в Налоговый кодекс для предоставления льгот при строительстве Кафедрального собора в Киеве.

    Документ предусматривал введение настолько откровенных и наглых схем разворовывания бюджета под прикрытием УПЦ Московского патриархата, что об этом напрямую указало в своем заключении научно-экспертное управление Верховной Рады.

    Журналисты сразу же вспомнили опыт «материнской» Русской православной церкви, которая, добившись налоговых льгот для строительства храмов, развела огромный теневой бизнес. Не зря патриарха Кирилла тогда прозвали «Митрополитом из табакерки».

    Короче говоря, получив такой вой в прессе, на фоне заявленной Президентом программы борьбы с коррупцией, власть не решилась в лоб продавливать коррупционные схемы. Тут еще «зафонили» и другие церкви, мол, почему это Московскому патриархату можно не платить налоги, а нам - нет.

    Попытка номер два

    По словам собеседников «Главкома» из тогда еще существовавшего парламентского комитета по вопросам налоговой и таможенной политики, законопроект о церковных льготах даже побоялись внести на его рассмотрение. Прошел слушок, что всю эту тему попытаются подмарафетить, убрать самые коррупционные положения и попытаться продвинуть по-тихому. Так оно, на самом деле, и случилось.

    На днях на сайте Верховной Рады появился совсем неприглядный законопроект о внесении изменений в Налоговый кодекс и некоторые другие законодательные акты (об урегулировании некоторых спорных вопросов). Документ зарегистрировал глава недавно созданного объединенного комитета по вопросам финансов, банковской деятельности, налоговой и таможенной службы регионал Виталий Хомутынник.

    На первый взгляд может показаться, что это технический документ, исправляющий спорные моменты в недавно принятом Налоговом кодексе. Вот и в объяснительной записке говорится, что его разработали «для урегулирования самых злободневных вопросов, которые возникают во время применения положений Налогового кодекса и негативно влияют на деятельность налогоплательщиков».

    Действительно, открываем законопроект – 34 страницы сравнительной таблицы: множество уточнений терминов Кодекса и сроков расчетов, уточнение названий госорганов, правки в ряд других законопроектов, в том числе и в Кодекс об административных правонарушениях.

    Но что же это? В самом конце сравнительной таблицы, на 26 страничке, куда очень редко доходят пытливые взгляды народных депутатов, вписаны пункты, которые ну ни как не назовешь «урегулированием проблемных вопросов Кодекса». Тут снова всплывают наши давно знакомые налоговые церковные льготы.

    Господин Хомутынник предлагает записать в переходные положения Налогового кодекса, что на период с 1 января 2012 года по 31 декабря 2015 (на 4 года!!!) украинским церквям предоставляются налоговые льготы для строительства одного храма. В частности, от уплаты НДС освобождается предоставление строительно-монтажных работ и товаров, а также поставки на таможенную территорию Украины всего спектра материалов и оборудования для возведения храмов. Предприниматели также смогут списывать до 10% своей прибыли в качестве добровольного пожертвования церкви. Понятно, эта сумма налогом облагаться не будет.

    19 церковных офшоров

    Справедливости ради надо сказать, что, по сравнению с первым законопроектом, в нынешнем «зашифрованном подарке для церкви» есть целый ряд позитивных новаций.

    Во-первых, льготы предоставляются всем, кто входит во всеукраинский совет Церквей и религиозных организаций. А это 19 субъектов, фактически, все, кто только есть в Украине. На первый взгляд равенство вроде бы соблюдено. Но даже невооруженным глазом видно, что весь этот сыр-бор затевается только ради единственного Кафедрального собора УПЦ МП в Киеве.

    Судите сами: Комплекс на 22 000 квадратных метров, в котором, кроме собора на 5000 прихожан, проектировщики заявили резиденцию митрополита, многочисленные офисы, гимназию, духовно-просветительский центр, гостиницу для паломников, телестудию, конференц-зал на тысячу человек, спорткомплекс и подземный паркинг на 126 мест. Рядом с храмом поставят 9-этажную колокольню.

    Проектируемая высота Свято-Воскресенского собора – 120 метров. Для сравнения: Владимирский собор – 49 м, колокольня Софийского собора – 75 м, собор святого Петра в Риме – 136 м». Только вообразите, какие суммы денег там будут крутиться!

    Другие проекты самых масштабных храмов всех церквей вместе взятых даже в подметки не будут годиться строительству «православного Ватикана», как уже успели окрестить проект УПЦ МП в прессе. Тем более, что объемы и перечень импортируемой продукции, а также все нюансы предоставления льгот для каждой церкви будет утверждать Кабмин. Зная нынешние религиозные предпочтения власти, не сложно догадаться, кто будет получать разрешения по- полной, а кто будет согласовывать документы годами.

    Во-вторых, в проекте Хомутынника максимально учтены все замечания главного научно-экспертного управления. Даже убрали норму об освобождении от уплаты налогов, если 50% прибыли отдаешь церкви. Установили срок действия льгот и перечень продукции, которую можно ввозить на льготных условиях. Вроде бы, даже сигареты и алкоголь церковникам ввозить нельзя. Но, исходя из текста законопроекта, если эти товары таки власть позволит вписать в контракт, то и с ними можно будет «работать».

    Также оставили коррупционную норму о 10% прибыли, которую можно списывать на церковь, не уплачивая налогов. Не надо быть финансовым гением, чтобы догадаться, какие таксы по откатам сразу же установят священнослужители. Не говоря уже об искусственном завышении стоимости жертвуемых стройматериалов или работ. В общем – поле для творчества умелых украинских комбинаторов создадут еще то.

    Возможно, мы слишком уж придираемся к товарищам из Партии регионов, которые искренне хотят помочь церквям возводить святыни. Может, принятие законопроекта поможет греко-католикам достроить собор в Киеве, УПЦ КП построить свой собор во Льовое или УАПЦ в Тернополе. Да и крымские татары могли бы получить помощь в строительстве своей соборной Мечети в Симферополе. Есть вариант, что мы ошибаемся, и Кабмин не будет выборочно подходить к церквям, одинаково беспристрастно давать им разрешения на импорт и проверять их финансовые операции.

    Но даже если так, то почему мы с вами из наших карманов должны оплачивать строительство громадных соборов? Ведь, предоставляя церкви налоговую льготу, мы забираем эти деньги у пенсионеров, учителей и врачей. Если бизнесмены так искренне верят в Бога и хотят помочь церкви, так пусть платят налоги, а не занимаются «богоугодным делом» за бюджетные деньги. Иначе это больше похоже на бизнес на церкви, а не помощь церкви со стороны бизнеса. Да и стоит ли поддавать таким коррупционным соблазнам наших священнослужителей…

    Главный же вопрос в этой истории, который интересует автора – если все коррупционные схемы из законопроекта убрали, все церкви поставили в равные условия, тогда зачем прятать эту инициативу под грудой других технических правок в Налоговый кодекс? От такого подхода за версту несет душком лоббизма и коррупции. Складывается впечатление, что это сделано с расчетом на депутатскую лень, мол, они по привычке не станут вчитываться в законопроект. А журналисты даже не откроют документ со столь скучным названием, не то, чтобы дочитать его до конца.

    Источник: Главком
    http://www.religiopolis.org/publications/2208-vlast-sozdaet-tserkovnyj-offshor.html