Михаил Горбачев стал сопредседателем «Гражданского диалога» - пока виртуального

 

 

М.Горбачев стал сопредседателем «Гражданского диалога» - пока виртуального

16.09.2010 10:52 | Александр ЛЕБЕДЕВ | ист: www.alebedev.ru; или, Апокалипсис Апокалипсис

Экс-президент СССР Михаил Горбачев объявил сегодня о создании демократического форума "Гражданский диалог". Открывая учредительное совещание новой структуры, он заявил, что обеспокоен "практическим отсутствием" диалога между обществом и властью, да и между самими гражданами, без участия которых невозможна модернизация страны.
"Модернизация - это все хорошо, - заметил бывший советский лидер. - Но кто будет выполнять? Правительство? Дума, которую мы все знаем?".

В качестве примера явного непонимания между властью и обществом он назвал, в частности, ситуацию с лесным кодексом, который был принят, вопреки протестам оппозиции, а проблемы с реформой образования и здравоохранения. "Что будет с модернизацией, если у нас такое образование?, - вновь задал он риторический вопрос. В нынешней ситуации, уверен Горбачев, даже амбициозный план Сколково "станет проектом, который будет давать хитрым людям возможность куски отхватывать".

По мнению Горбачева, большинство проектов и решений принимается сейчас без широкого общественного обсуждения: "все решает партия, которой дают поручения".

Участники "Гражданского диалога" договорились, что среди тем, которые они будут постоянно держать в поле зрения, высказывая свою позицию, будут недостатки нынешней избирательной системы, а также экологические проблемы. По замыслу Горбачева, форум будет "надпартийным".

В учредительном собрании приняли участие политики, бизнесмены, правозащитники, представители общественных организаций автомобилистов, экологов и т. д.

Сопредседателями форума избраны Горбачев и директор "Национальной резервной системы" Александр Лебедев. А вот с регистрацией новой организации решено не спешить. На первом этапе будет создан интернет- портал, где будет отражаться позиция всех участников. "Я уверен, это будет острый диалог, и его надо начинать", - заключил Горбачев.
 
 

Михаил Сергеевич Горбачев. Из первых уст

01.12.2008 | Познер и Горбачев | ОРТ, 1 канал
 


Владимир Владимирович Познер и Михаил Сергеевич Горбачев

 
 
 

Фото | Михаил Сергеевич Горбачев


Mikhail Gorbachev addressing the founding congress of his movement Gorbachev's movement is not running in December's polls The leader of the former Soviet Union, Mikhail Gorbachev, has founded a new political movement in Russia. Mr Gorbachev told the founding congress of the Union of Social-Democrats that its mission was to fight against "negative tendencies" and corruption.
The congress elected the 76-year-old as the movement's leader unopposed. Mr Gorbachev's far-reaching reforms of the Soviet system accelerated the collapse of communism in the 1980s. www.sagaxexpeditions.com
 
 
Михаил Горбачев
Mikhail Gorbachev's 'debut album' sells for £100,000.
An "anonymous British philanthropist" bought what we suppose is Mikhail Gorbachev's "debut album", Songs for Raisa, in London this week, bidding $164,940 (about £100,000) at an auction to benefit the Raisa Gorbachev Foundation. Nearly 350 luminaries were present at the private event, including Gordon Bown's wife, Sarah, London mayor Boris Johnson, Harry Potter author JK Rowling, actor Vanessa Redgrave and Russian ambassador Yuri Fedotov, according to the newspaper Pravda. www.guardian.co.uk
 
 
Михаил Горбачев
19.08.2009. Михаил Горбачёв и эховские девушки. www.echo.msk.ru
 
 
Михаил Горбачев
19.08.2009. Татьяна Левшина, Тоня Самсонова, Михаил Горбачёв, Ирина Баблоян и Алина Гребнева.
 
 
 
Новое Время М.С.Горбачев, первый президент на земле русской | Всё о Горбачеве Новое Время Новое Время
 

 

Похожие записи

Страницы веб-журнала «НачалоV»
«Апокалипсис 2012 Новое Время»
периодически обновляются  


ИНФО 2017 - 2023 - 2029

Комментарии (Один комментарий)

  1. Михаил Горбачев: постаревший, но не отказавшийся от большой политики («The Independent», Великобритания )

    Почти целое поколение сменилось после того, как Михаил Горбачев покинул Кремль. Но он все еще винит себя за то, что стал реформировать Советский Союз так быстро, что Союз этого не пережил. С Горбачевым встретилась Мэри Дежевски.

    Почти девятнадцать лет прошло с того момента, как Михаил Горбачев объявил о своем уходе с поста президента Советского Союза, следствием чего стал распад и самого Союза. Однако даже по прошествии этих лет, даже после всего, что случилось за это время, в том, чтобы здороваться с Михаилом Горбачевым в залитых солнцем апартаментах одной из лондонских гостиниц, есть что-то неожиданное и несколько даже нереальное. Он несколько прибавил в весе, не так легок в движениях, как раньше, и в глазах его – легчайший намек на усталость, ту усталость, которую я впервые увидела, когда он вернулся в Москву после неудачной попытки государственного переворота в августе 1991 года.

    Фотолента: "Время перемен" http://rus.ruvr.ru/photoalbum/5243451/

    Много воды утекло с тех пор. Маленький крымский курорт Форос, куда он был помещен заговорщиками под домашний арест – это теперь Украина, а нынешние российские президенты довольствуются более официозными резиденциями к востоку от Фороса – в Сочи. Горбачев же, отлученный от власти на целое поколение, прочно вошел, тем не менее, в мировую «когорту великих».

    Но никуда не делись мягкие глаза, прямой взгляд и «домашняя» манера разговора, благодаря которым последние годы советского коммунизма обрели-таки человеческое лицо. Никуда не делось у Горбачева, впрочем, и неудовольствие от того, что его прерывают – я помню эту его реакцию еще с тех времен, когда приходилось долгие часы просиживать на партийных съездах и в советском парламенте. Покойный министр иностранных дел Советского Союза Андрей Громыко не был неправ, когда заметил, что Горбачев – это «милая улыбка, но с железными зубами». Итак, передо мной – тот самый Горбачев, постаревший, но не забывший о том, что такое власть.

    Бывший советский лидер приехал в Лондон на мероприятие, которое проводится нынче почти каждый год – летний прием в помощь благотворительному фонду, открытому им в честь покойной супруги. Фонд Раисы Горбачевой финансирует лечение детских раковых заболеваний; принадлежащая ему специализированная клиника в Санкт-Петербурге может принять до восьмидесяти юных пациентов. По словам Горбачева, лечение, которое им там дают, без этой клиники могло бы быть по карману только детям российских сверхбогачей.

    В свое время отношение к Раисе Горбачевой, скончавшейся в 1999 году от лейкемии, в Советском Союзе было весьма неоднозначным. Ее не любили и за почти американскую манеру поведения «первой леди», и за исключительно модный гардероб – ведь большинству советских женщин в тот момент было просто не из чего выбирать. Но она, используя свое высокое положение, постоянно развивала культуру добровольных пожертвований, что было нелегко в стране, где считалось, что государство и так должно все обеспечивать, и, следовательно, благотворительность не нужна вовсе. Одной из самых заметных тем стало плачевное состояние множества детских домов.

    Будущие супруги повстречались в Московском университете и с тех пор были практически неразлучны – что для страны, где рано женятся и так же рано разводятся, тоже не совсем обычно. Смерть Раисы после нескольких лет тяжелой болезни стала для Горбачева жестоким ударом. Вторично он не женился; с тех пор живет в Москве и находит утешение в общении с двумя дочерьми и их семьями. Склонить его к разговору о жене невозможно; он упоминает о ней лишь тогда, когда речь заходит о фонде ее имени.

    Говорить о политике, оправдывать сделанное им в политике он был гораздо более расположен. Скорее всего, я сама подтолкнула его к такому настрою, рассказав, как работала корреспондентом в Москве во время распада Советского Союза, и напомнив, что в этом году у него далеко не одна круглая дата: и двадцать пять лет с того момента, как он стал советским лидером и архитектором перестройки; тридцать лет со дня его назначения в Политбюро Коммунистической партии; десятая годовщина его избрания на пост первого официального президента СССР, десятая же – получения им Нобелевской премии мира (так в тексте – прим. перев.).

    Он сразу начал нашу беседу с ответа на опрос, которым я даже не задавалась: как он примирял в себе членство в Коммунистической партии – а он в ней пробыл долго – с разворотом к демократии впоследствии:

    - Я ведь демократ - я бы сказал, социал-демократ.

    В партию он вступил еще во время обучения – считал коммунизм великим течением мировой мысли. Он спросил отца, вступать ли, и отец, старый коммунист, только что вернувший с войны, вместе с дедом по материнской линии сказали «да». И Горбачеву официально предложили стать членом партии. Впрочем, добавляет он, «Я тогда был другим человеком».

    Как бы там ни было, он и тогда был, и сегодня, несмотря на свои 79 лет, остается энтузиастом, которого полностью поглощает любая деятельность, за какую бы он ни взялся. Подъем к вершинам власти, как он сам сегодня вспоминает, дался ему почти без труда:

    - Сначала я вступил в комсомол [молодежное крыло Коммунистической партии], потом пошел в серьезную политику, потом – в еще более серьезную политику, а там и оказался на самом верху.

    Как многие советские и российские реформаторы, Горбачев относит первую перемену в своем мировоззрении к 1956 году, когда Хрущев осудил культ Сталина, после чего началась культурная «оттепель». Какое-то время, рассказывает он, его притягивали яркие представители российского поколения 60-х годов – Shestidesyatniki, - но потом он осознал, что серьезные реформы – «это вопрос не только народа, но самой системы».

    Именно с этим заключением он пришел в Кремль, и с ним стал в 1985 году главой Коммунистической партии. Сегодня, считает Горбачев, он обратился бы к социал-демократии, поскольку она способна «свести воедино капитализм … и социальные приоритеты». Однако он и совершенно не против капитализма как такового:

    - Капитализм – это стимул; за ним немало серьезных достижений, и от него нельзя просто так отмахиваться.

    Я до сих пор подозреваю, что в глубине души Горбачев остался, хоть немного, тем ленинистом, каким приходил к власти, пусть он и признает, что отношения Ленина с демократией оставляли желать много лучшего:

    - Способ, которым он захватил власть, не был, мягко говоря, очень уж демократическим.

    Однако, с его точки зрения, у Ленина было множество достоинств, среди которых он выделяет «мудрость и решительность», с которыми тот признал ошибки раннего большевизма и начал менять курс:

    - Только представьте: все кипит, все идет вразнос, и в этот момент он говорит: мы пошли неверным курсом, нам нужна переориентация на социализм. Именно это я пытался сделать, начав перестройку; именно этому примеру я старался следовать.

    Совершенно отчетливо видно, что раны от битв, которые пришлось выдержать Горбачеву в борьбе за перестройку и гласность – бороться приходилось, с одной стороны, против консерваторов в партийной иерархии, и, с другой, против напыщенного и велеречивого лидера России Бориса Ельцина – еще саднят сегодня, почти так же, как тогда, в конце 80-х годов. Он до сих пор не может простить Ельцина – не только за упорное нежелание идти на компромисс во время распада Советского Союза, но и за «хаос», в который, с его точки зрения, новый президент России погрузил страну, вверенную в свое время ему самому: следствием «дикого капитализма» и «приватизации в одночасье», по словам Горбачева, стало не что иное, как «растаскивание» страны.

    Однако в распаде Советского Союза он винит и себя. В конечном итоге, именно «мы», говорит он, имея в виду, судя по всему, себя и небольшую группу кремлевских реформаторов – «мы должны были предотвратить это». В общем, продолжает он, «до сих пор, даже сегодня, я упрекаю в основном самого себя»:

    - Мы провели свободные выборы, провели политические реформы, пытались построить современный парламент, но оказалось, что коммунистическая номенклатура не выдержала проверки демократией и свободой.

    Впрочем, при всей его самокритичности, его все же задевают некоторые нынешние оценки со стороны:

    - Меня критикуют за нерешительность, но в целом, как я считаю, мы двигались, напротив, слишком быстро. Страна с нашей историей должна была идти эволюционным путем. Я говорил, что реформы займут 20-30 лет. Но по мере того, как набрали импульс гласность и перестройка, разыгрались такие страсти… и все призывы были лишь к тому, чтобы двигаться быстрее, быстрее – он даже ударяет рукой по столу, - чтобы идти вперед, вперед.

    Согласен ли он, в таком случае, с нынешним премьер-министром России Владимиром Путиным, который, в бытность свою президентом, заявил, что распад Советского Союза был ‘крупнейшей геополитической катастрофой двадцатого века’?

    - Ну, мне кажется, что слова он выбрал несколько жестковатые, но разрушение, распад Советского Союза – это вещь, которую стоит обсуждать.

    Советский Союз не был империей в классическом смысле этого слова, утверждает он: Союз сформировался постепенно и добился «реальных достижений»:

    - У нас 20 процентов населения – мусульмане, у нас живут люди, исповедующие все мировые религии, так что это не было легко, но разговоры о «дружбе народов» не были просто разговорами. Она действительно существовала, и я думал, что она послужит сдерживающим фактором.

    С его точки зрения, судьба Советского Союза – «великое несчастье».

    Но не разочаровывает ли его, в таком случае, то, как начали развиваться события, в особенности слишком медленная модернизация России?

    - Нет, меня разочаровывает не это, - отвечает он, - а то, что следующее [ельцинское] правительство отказалось от эволюционных перемен и начало свою «шоковую терапию». В результате все просто развалилось: государственные структуры, армия, культура, медицина, образование – всё. Проблемой номер один стала дестабилизация.

    Россия, полагает Горбачев, все еще не завершила демократический переходный период:

    - Многое еще не решено, было совершено немало ошибок. Я бы сказал, что мы на полпути, - и первый президентский срок Путина, по его мнению, был правильным. – Мне кажется, что это была страница нашей новейшей истории, которую должно расценивать исключительно позитивно.

    Однако не все так просто:

    - Он должен был использовать достигнутую стабильность для дальнейшего продвижения по пути демократизации. А вместо этого началось раскапывание истории разных стран, в первую очередь нашей собственной – дабы доказать, что модернизация лучше всего удается при лучших диктаторах, царях, королях и тому подобное. Это была ошибка.

    Только теперь, считает Горбачев, Путин признал, что без демократии ничего сделать невозможно:

    - Если он будет действовать соответственно, то он на правильном пути, - однако и трудности он не склонен недооценивать. – Экономику нельзя модернизировать в отрыве от всего остального: нужна модернизация общества в целом. А это трудно сделать, очень трудно.

    Разочарование Горбачева – и в те годы, и сейчас – распространяется и на ту роль, которую в судьбе России сыграл Запад, те люди, кого он считал «друзьями и партнерами». Он до сих пор вспоминает саммит «большой семерки» в июне 1991 года в Лондоне, куда он приехал добиваться – многие сказали бы «клянчить» - финансовой помощи:

    - Только Тэтчер, - говорит он с ноткой горечи в голосе, - сказала тогда: слушайте, а ведь его надо поддержать. Андреотти согласился, а Джордж Буш, а потом Коль, а потом япнский премьер – отказались. Буш хотя бы публично выступил против того, чтобы делать что-то, что может повредить Горбачеву, но все остальные – Чейни, Рамсфелд и нынешний министр обороны США Гейтс – они решили поставить на Ельцина. Думаю, променяв Горбачева на других людей, они просчитались.

    А что же сегодня? Сегодня бывшему советскому лидеру есть чем заняться во многих областях: он ездит на форумы по экологии и глобальной политике; у него в Москве свой политологический институт, у него фонд имени Раисы, да и новая политическая партия – Независимая демократическая партия России, - которую он основал вместе с Александром Лебедевым. Запад, по его мнению, до сих пор совершает ошибки, не только в отношении приближения НАТО к российским границам, но и в том, что до сих пор не хочет строить новую систему трансатлантической безопасности, которая включала бы Россию.

    Я напоминаю ему, что, выступая на торжествах по случаю вручения ему Нобелевской премии мира, он – в те непростые дни, это ведь был 1991 год - назвал себя оптимистом. А как сегодня?

    - Конечно, я до сих пор оптимист – иначе как бы я мог быть политиком?

    Он утверждает, что, несмотря на все конфликты и неудачи последних двадцати лет, достигнута одна исключительно важная вещь. И в России, и во всей Центральной и Восточной Европе «народы получили свободу, и теперь им нужно будет учиться ею пользоваться». Это нелегко, говорит он, но сегодня – каждый сам кузнец собственного счастья.

    Наше время истекло, и я могу задать – только очень быстро – последний вопрос. За кого Михаил Сергеевич будет болеть на Чемпионате мира по футболу – ведь Россия на него не попала? Тут в нем просыпается дипломат:

    - У вас [команды Англии] есть шансы; возможно, у латиноамериканцев или у немцев. Жаль, что в хоккее нет такого чемпионата мира, как в футболе.
    http://rus.ruvr.ru/2010/06/07/9223989/