Экологическая катастрофа питьевой воды России

 

Питьевая вода

14.06.2010 | ТВ "Центр", "Момент истины" | Андрей Караулов


"Момент истины", Андрей Караулов

«Андрей Караулов, ведущий программы:
– Кто мы такие? Если мы умираем от того, что пьём черт знает что...
Воздух, вода и еда – 3 составляющие жизни человека.

Александр Ципко, доктор философских наук:
– Это более серьезная проблема. Насколько мы адекватны?
Мы живем в каком-то наркотизированном обществе. Все говорят о Ксюше Собчак, о Филиппе Киркорове и его компьютере, а о проблеме, которая угрожает самому бытию (национальная безопасность – экология), о существовании нации как таковой, никто не говорит...
Мы живем второстепенными вещами: во что одеваются наши поп звёзды, с кем целуются, что у них украли... с утра до вечера об этом рассказывает телевидение. А о том, что касается судеб нации, страны – это начисто ушло, начисто...
И самое трагичное, если мы осознаем проблему воды, проблему загнивания (уже советской) системы мелиорации итд, сможем ли мы что-то сделать?

Николай Михеев, академик российской международной инженерной академии:
– 50% населения России нуждается в качественной воде. Мы своей похвальбой, что у нас много воды, причём её нещадно загрязняем, вызываем в мире просто недовольство. Эти, говорят, ребята захватили 2-е место в мире по количеству пресной воды, но Вы её не используете, а самое главное – загрязняете...»
 
 

Результаты экспедиции «Великие реки России»

31.03.2010 | Пресс-конференция в Перми | TV "Час пик"

Более года общественная организация "Зеленый патруль" проводила экспедицию "Великие реки России". Экологи исследовали состояние рек волжского бассейна. Состоялось более 100 внеплановых проверок на предприятиях, загрязняющих воду. Весь март 2010 года экологи изучали состояние рек Пермского края. Результаты «патрульных» ошеломили.

«Я в шоке от Пермского края, от экологической ситуации здесь …», – Роман Пукалов, директор природоохранных программ общероссийской общественной организации «Зелёный патруль».
 
 

Байкал «проиграл» Верховный суд

Июнь 17, 2010 | Гринпис | ист: www.greenpeace.org

Москва, Российская Федерация — Верховный Суд не прислушался к доводам, изложенным в исках Гринпис и А.Маргулева, и встал на сторону загрязнителей Байкала.

Суд не принял во внимание главное – доказательства того, что скандальное постановление нарушает не только российские законы, но и международные обязательства России, вытекающие из Конвенции об охране всемирного природного и культурного наследия ЮНЕСКО.

Суд также оставил без внимания тот факт, что постановление не было одобрено Минюстом РФ. В представленном на суде заключении нет ни слова про согласование. Наоборот, в нем отмечено, что при подготовке постановления необходимо учитывать требования законов «Об охране озера Байкал», «Об охране окружающей среды» и пр. О нарушении их положений как раз и указывается в иске, поданном Гринпис и А.Маргулевым.

Сотрудники Минприроды и Минпромторга РФ, представлявшие в суде правительство, пытались доказать, что постановление № 1 от 13 января 2010г. само по себе не приводит к загрязнению Байкала, так как для запуска БЦБК нужно получить специальные разрешения. Однако, при этом, они признали, что целью издания постановления было именно обеспечение запуска БЦБК. На вопрос представителя Гринпис, могли ли быть выданы эти разрешения без издания постановления, был получен ответ: невозможно. Таким образом, чиновники подтвердили правоту экологов, указывающих, что выход постановления был «обязательным условием» запуска комбината.

Представителей Правительства поставил в тупик простой вопрос А.Маргулева, касающийся изменчивой позиции Минприроды. В 2008 г. Министр Ю. Трутнев (см. в частности интервью «Российской газете») однозначно заявлял, что возобновление работы комбината категорически недопустимо, теперь же МПР без споров согласовало постановление, разрешающий комбинату сбрасывать ядовитые стоки в Байкал. На вопрос А.Маргулева «почему?» ответа не последовало. На закономерное предложение вызвать в суд Ю.Трутнева и прояснить вопрос, судья В. Зайцев ответил отказом.

В итоге двухдневного заседания Верховный Суд принял ожидавшееся истцами и очевидно предсказуемое решение - в удовлетворении жалобы отказать.

«Это еще раз доказывает, что когда речь идет об интересах высших чиновников и близких к ним олигархов, о независимости и беспристрастности судебной системы говорить не приходится, - сказал представитель Гринпис в суде Михаил Крейндлин, - Конечно, мы будем обжаловать это решение. Надеемся, что кассационная коллегия Верховного суда объективно оценит доводы сторон. Если нет, дело о Байкале перейдет в Страсбург. Это приведет к раздуванию международного скандала вокруг БЦБК, который не нужен никому - ни экологам, ни российским властям».

За дополнительной информацией обращайтесь – (495) 988-74-60 Михаил Крейндлин, Роман Важенков, Евгений Усов (8 903 739 49 65)
 
 

Ущербное законотворчество Кремля

декабрь 2009 года | журнал "Наука и жизнь" №12 | А.В.Гнипов

Артём Вячеславович ГниповПитьевая вода?

Из всего объема воды на планете пресная вода составляет немногим более 2,5%. Россия обладает почти четвертью этих запасов. В весьма недалеком будущем вода может стать предметом экспорта даже более ценным, чем нефть и газ в настоящее время. По прогнозам, к 2050 году около 2 млрд человек в 48 странах мира будут испытывать в ней острый недостаток. В 46 странах мира уже сейчас обеспеченность водой опустилась ниже критического уровня. И в нашей совсем не бедной стране качество и количество доступной человеку пресной воды неуклонно снижаются. Особенную же тревогу вызывает предполагаемое в ближайшее время изменение требований к ее качеству в соответствии с Федеральным законом «О техническом регулировании».

На вопросы редакции отвечает директор НИИ коммунального водоснабжения и очистки воды (НИИ КВОВ) Артём Вячеславович Гнипов. Беседу ведёт корреспондент журнала «Наука и жизнь» Максим Речмедин.

При беглом взгляде может показаться, что проблемы с питьевой водой в нашей стране нет. Чего стоят только Байкал и крупные сибирские реки. Однако профессионалы бьют тревогу, всё чаще приходится слышать, что качественные показатели воды могут выйти из-под контроля. Так ли это? Ведь существуют у нас санитарные нормы, кстати, едва ли не самые строгие в мире, существует система контроля качества. С чем же связаны опасения специалистов?

Проблема есть, и она состоит из такого количества сложных вопросов, что даже профессионалам зачастую не удается предложить быстрые пути решения.

Преодоление любых проблем государственного масштаба, вне сомнений, начинается с законодательной базы. Ведь когда закон не дает ответа или отсутствует, возникают хаос и самоуправство. Складывается ситуация, когда качество питьевой воды, оказывается, не есть синоним её безопасности – с точки зрения буквы закона.

Конституция России прямо говорит о гарантиях и правах граждан на защиту здоровья. Существует Федеральный закон «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» 1999 года, есть еще Водный кодекс 2006 года и, наконец, Уголовный кодекс, предусматривающий ответственность за «нарушение санитарно-эпидемиологических правил» и «сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни и здоровья людей». В 42-й статье Конституции сказано, что «каждый имеет право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о её состоянии и на возмещение ущерба, причинённого его здоровью или имуществу экологическим правонарушением». Но закона о питьевой воде, или о питьевом водоснабжении, или о том и другом вместе, что было бы самым правильным, увы, нет. Общие же слова «больших» законов до «маленьких» водных проблем не опускаются.

27 декабря 2002 года был принят Федеральный закон «О техническом регулировании (№ 184), который должен расставить всё по своим местам. К июлю 2010 года планировалось принять и ввести в действие технические регламенты практически на все виды продукции, и на воду, конечно, тоже. Не в этом ли решение проблемы?

Ключевой целью принятия этого закона стала гармонизация российской нормативной базы с зарубежной, что было выдвинуто как непременное условие принятия на во Всемирную торговую организацию (ВТО). Однако жизнь показала, что по отношению к ряду отраслей «технический регламент» не является адекватной формой нормативного документа.

Питьевое водоснабжение, по нашему мнению, не должно регулироваться техническими регламентами. Основная задача техрегламентов – обеспечить безопасность товаров и услуг. Срок их принятия – июль 2010 года.

На смену своду старых норм, согласно замыслу авторов закона о техрегулировании, должны прийти буквально тысячи и тысячи технических регламентов и национальных стандартов, разрабатываемых синхронно путём переработки и доработки имеющихся ГОСТов. Но как развернутся события на самом деле – пока никто сказать не берётся. Если руководствоваться законом буквально, то после названного срока должны сразу перестать действовать все отраслевые нормативные документы, к примеру строительные нормы и правила (СНиПы) и Санитарные правила и нормативы (СанПиНы). В последних нормируются требования к питьевой воде, подаваемой населению нашей страны из централизованных источников водоснабжения.

К настоящему моменту всем ясно, что значительная часть технических регламентов к лету 2010 года не появится. Лидером по выпуску техрегламентов стала пищевая промышленность. Но «вдруг» выяснилось, что её специфика очень сильно отличается от строительства с его «строительными нормами и правилами». В частности, председатель комитета Госдумы по строительству и земельным отношениям Мартин Шакуум, комментируя критику коллег-законотворцев при обсуждении техрегламента «О безопасности зданий и сооружений», признал, что включение в документ прямого действия перечня конкретных требований превратит его в настоящую техническую энциклопедию, в которой нелегко будет разобраться даже специалисту. Теперь предлагается утвердить перечень ГОСТов и сводов правил (удивительно похожих на СНиПы советского образца), которые будут добровольно применятся в качестве доказательной базы для тех ил иных обязательных положений техрегламента.

Но какое отношение строительные проблемы имеют к питьевому водоснабжению?

Нам необходимо обеспечить надёжность водоочистных сооружений на станциях водоподготовки, представляющих собой серьёзные постройки. К тому же это прекрасный пример абсурдности называемого подхода в нормировании на основе технических регламентов, которые не могут заменить собой всю нормативную базу, последовательно создаваемую в течение многих десятилетий.

Каковы, на Ваш взгляд, основные причины принятия технических регламентов на питьевую воду?

Таких причин, а скорее даже задач, на сегодня две. Во-первых, предоставление потребителю законодательной базы, дающей возможность подать в суд, если ион получил «продукт» ненадлежащего качества, чётко оговоренного в документе, - по прямой аналогии с соком, молоком, любым товарным продуктом. Во-вторых, расширение перечня контролируемых опасных веществ. Но при этом отсутствует «региональный подход», когда специалисты на местах контролируют характерные для конкретного региона загрязнения.

И вот что интересно, поскольку закону техрегламент оговаривает только вопросы безопасности «товарной продукции», то органолептические параметры – вкус, цвет, запах воды – не рассматриваются на несоответствие норме. То есть законом фактически допускается, что вода у нас может быть вполне безопасной, но мутной или плохо пахнуть.

Какие же качественные показатели питьевой воды должны контролироваться по новым регламентам?

В последнем проекте предложено контролировать питьевую воду по 88 обязательным показателям, но они не охватывают всего перечня существующих в воде загрязнений, насчитывающего тысячи веществ и химических соединений, для которых установлены предельно допустимые концентрации (ПДК). Включить их в техрегламент – нереально, иначе получим своеобразную «энциклопедию» по микробиологии и химии водных сред. Здесь кроется большая опасность. Нечёткость закона создаёт впечатление, что не вошедшие в список вещества разрешается не контролировать. Документу ранга федерального закона грозит участь оказаться неработающим, не выполняющим своего главного предназначения – обеспечивать безопасность и здоровье населения и его конституционное право на полную информацию и защиту гражданских прав.

В действующем пока ещё СанПиНе «Питьевая вода. Гигиенические требования к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения. Контроль качества» (видимо, в соответствии с законом этому документу суждено уйти в историю) реализован принцип «регионального подхода». Он регламентирует поисковое «применение современных физико-химических методов, позволяющих получить максимально полную информацию о химическом составе исходных вод и спектре антропогенных воздействий, характерных для конкретного региона». Обратите внимание на слова «максимально полную информацию». Такой подход полностью отвечает требованиям «Руководства по качеству питьевой воды» Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ).

За всё время существования этих правил (а они есть в редакциях 1996, 2001 и 2006 годов) в них постоянно вносились существенные уточнения об использовании новейших методов контроля. При этом СанПиНы позволяют избавить лаборатории водоканалов – практически все они находятся в бедственном финансовом положении – от дополнительной нагрузки. Так, водопровод города Химки питается двумя подземными скважинами с давно известным составом воды, и поэтому в одной, например, постоянно контролируют железо, а в другой – фтор. Аналогично обстоит ситуация во многих населенных пунктах страны, и только крупные города, как правило, ведут забор воды из поверхностных водоёмов с широкой гаммой различных загрязнений, требующих вести расширенный контроль.

Насколько богатым опытом обладает Россия в вопросе контроле качества питьевой воды?

Первыми государствами, которые в 1937 году ввели стандарты на питьевую воду, стали Россия (СССР) и США. Всего для контроля было введено пять обязательных показателей. Европа ещё даже не знала, что такое стандарты на питьевую воду. В принятом в 1972 году ГОСТе уже были заложены требования отслеживать ПДК загрязнений, специфических для конкретного региона или области, города, села. Российским специалистам отводилась ведущая роль на заседаниях международных комиссий ВОЗ. Объективное отставание СССР от развитых стран с точки зрения перечня контролируемых веществ и допустимого уровня их содержания в воде, возникшее к концу 70-х – началу 80-х годов 20 века, было обусловлено экономическими причинами, которые и сегодня мешают стране выйти в решении проблемы питьевого водоснабжения на уровень ведущих мировых держав.

В чем, на Ваш взгляд, кроется причина заметного снижения качества питьевой воды в последние годы?

В проекте государственной программы "Чистая вода" констатируется: «Основная причина низкого качества воды, поступающей из источников централизованного водоснабжения, заключается в изношенности коммуникаций и оборудования и устаревших методах очистки. <…> В Российской Федерации одна треть водопроводных сетей нуждается в замене. <…> Не проходят полную биологическую очистку 12,3% сточных вод. Из сточных вод, проходящих очистку, до нормативных требований доводится менее половины (46,4%). В России одна треть канализационных сетей нуждается в замене. Плохое состояние систем водоснабжения, водоотведения и очистки сточных вод связано с недостаточным финансированием отрасли». Таким образом, не только констатируется суть проблемы, но и признаётся взаимосвязь водопроводной воды и сточных вод как фактора, влияющего на обеспечение населения безопасной водопроводной водой.

Выходит, что проблема опять сводится к нехватке денег? Или не только в деньгах дело?

Проблему нужно рассматривать в комплексе. Это и нормирование сброса сточных вод – все помним из уроков в средней школе о круговороте воды, - и создание адекватных законодательных механизмов регулирования деятельности коммунального водохозяйства. Иначе защитить интересы потребителя не удастся. На основе самых благих идей можно создать закон – регламент, существующий на бумаге, но совершенно не конструктивный, никем не исполняемый, поскольку как технически, так и экономически это невозможно. Получим дополнительные проблемы, вбив очередной клин в плохо отрегулированные законом отношения потребителей воды – граждан, органов контроля и коммунальных организаций. Состояние коммунального водохозяйства не позволяет гарантировать постоянного контроля и гораздо меньшего количества опасных для здоровья человека веществ, чем предложено в последней редакции техрегламента. Средств на содержание мощных лабораторий у большинства водоканалов просто нет. Нет и такой необходимости.

Ситуация с качеством воды в конкретных местностях может меняться. Иногда очень быстро. Существует ли возможность оперативного внесения изменений в документы, регламентирующие контроль качества воды?

В настоящее время гигиенические нормативы утверждает своим постановлением Главный государственный санитарный врач РФ. Роспотребнадзор имеет возможность оперативно реагировать на новую информацию о санитарно-токсикологических и иных негативных влияниях веществ на здоровье человека и вносить изменения в нормативы. Вряд ли это будет возможно после замещения СанПиНов техническими регламентами, поскольку они являются федеральными законами. А внесение изменений в федеральный закон – дело долгое.

Вот простой пример: 30 марта 2003 года были утверждены гигиенические нормативы «Предельно допустимые концентрации (ПДК) химических веществ в воде водных объектов хозяйственно-питьевого и культурно-бытового водопользования». За четыре года в них внесено и утверждено 50 изменений и дополнений. Численные значения нормативов по 18 веществам изменены только в ходе разработки проекта технического регламента «О безопасности питьевой воды» в перечне показателей безопасности, подлежащих контролю. Но они не охватывают и сотой части загрязняющих веществ, на которые в России разработаны ПДК. За время разработки техрегламента наши знания о некоторых веществах существенно изменились, и произошло не просто небольшое уточнение второстепенных деталей, а зачастую изменены класс их опасности и величина норматива. Например, в 3-6 раз уменьшены предельно допустимые концентрации молибдена, урана, этилбензола, в 10 раз уменьшены ПДК хрома, бензола, винилхлорида, то есть эти вещества признаны более опасными, чем считалось ранее. А ПДК толуола скорректировано в сторону уменьшения более чем в 20 раз – с 0,01 до 0,0024 мг/л. Поэтому технический регламент не может стать эффективным рабочим документом в сфере коммунального водоснабжения.

Согласно Закону «О техническом регулировании» воду можно отнести к «товарной продукции». Как Вы оцениваете это?

В соответствии с законом продукции, продукция, признанная опасной, должна быть отозвана, а убытки возмещены. Это правильно. Но возникает вопрос: каким образом на практике удастся отозвать водопроводную воду, подаваемую населению 24 часа в сутки? А «вред» может оказаться такого масштаба, что его компенсация потребует десятилетий. Сложно понять, почему питьевую воду (равно как и очищенные стоки) пытаются приравнять к «товарной продукции», когда вода является, по сути, средой обитания человека? С позиции санитарных норм не мене важно и то, какую воду мы используем для гигиенических нужд. Вода скорее «похожа» на воздух, чем на телевизор или велосипед. Ясно и то, что вода из-под крана и вода в бутылках – это вещи по определению разные.

А вот ещё одна деталь, небольшая, но исключительно важная. Закон «О техническом регулировании» не регламентирует отношения, связанные с – цитирую – «применением мер по предотвращения возникновения и распространения массовых инфекционных заболеваний человека, профилактике заболеваний человека». Между тем требования, которые предъявляются к питьевой воде, направлены как раз на создание непреодолимого барьера для проникновения в организм человека инфекционных заболеваний.

Подведем итог. На основании Федерального закона № 184 невозможна разработка адекватной нормативной базы для коммунального водного хозяйства. Несуразицы законотворчества перечислять долго, но, пожалуй, наиболее абсурдным является то, что принятый закон по определению должен (опять цитата) «содействовать приобретателям в компетентном выборе продукции». С юридической точки зрения житель любого населенного пункта получит право требовать воду не хуже, чем в Байкале, на худой конец, не хуже той, что течет из крана в Москве или Санкт-Петербурге. Вот и получается, что суд, в случае нарушения законных прав потребителя, может (и наверное, должен) обязать власти начать срочно строить, скажем, в Ингушетии или в Ставрополье, где сложная обстановка с питьевым водоснабжение, аналоги Рублёвской водопроводной станции – одной из четырёх (!) в столице.

Конституционные права и нормы действующих СанПиНов позволяют гражданам и сейчас подавать в суд за ущерб, причинённый их здоровью. По официальным данным Минздрава, в России не отвечает санитарным нормам по химическому составу каждая шестая проба водопроводной воды, по микробиологическому составу – каждая двенадцатая. Стоить ли менять доказавшую свою работоспособность систему на систему, вызывающую уже на стадии разработки столько вопросов?
 
 
new Экологическая катастрофа питьевой воды России new new
new «Чистая вода России» | Реки и каналы С-Петербурга | Вода: живая и мертвая new new
new Живая и Мертвая воды | Отличие современной науки от науки древних new new

 

 

Похожие записи


ИНФО 2017 - 2023 - 2029

Оставить комментарий или материал на аналогичную тему